Всего понемногу

– У меня глаза на затылке, уж это ты должна была заметить, я же полностью голая была,– зло высказала я.– Так, давай разберемся, что за шпионство. Я тебе все что обещала выдала, договор наш был четкий. Решила шантажом заняться, с богатой тетки денег лёгких срубить? – я повернулась к ней, чтоб посмотреть ей в глаза.

Она медленно покачала головой, не поднимая глаз, продолжая рассматривать свои руки.

–Я просто, – шепотом сказала она,– я не шпионю, и шантажировать не хотела. Я просто хотела посмотреть, как ты живёшь.

А вообще мне нужна твоя помощь.

Так. Приехали. Что-то мне это не нравится. Я открыла сумочку, порылась, достала ещё одну сигарету и прикурила. Она сидела рядом, молча, продолжая пялиться на свои руки. Они мелко дрожали.

И она начала рассказывать. Взрывая мне мозг, разрывая шаблон (как сказал бы мой сын) моего мировоззрения.

Катюша.

Это произошло, когда я ехала на электричке домой. Как обычно после учебы, чуть прогулявшись по городу в сторону вокзала (растягивая время перед очередной электричкой).

Купив по студенческому билет дошла до стоявшей на путях электричке, двери как обычно – закрыты. Я в телефон и раскладывать косынку. И тут чувствую на себе взгляд. Ну знаешь, как в школе или на парах, сидишь сосредоточенно фигней занимаешься и тут чувствуешь на себе взгляд, поднимаешь голову, а на тебя учитель или препод, так изучающе смотрит, типа по делу ты там склонилась к тетради, или ерундишь.

Так вот, чувствую я взгляд на себе. Чуть приподнимаю голову, посмотреть. Он тут же отвел глаза.

Молодой парнишка, высокий, ну как высокий, для меня высокий, худой, симпатичный.

***

Я смотрел на нее изучающе. Ничего особенного. Простенькая. Рыжеватая. Одета вроде не по моде. Хотя сейчас мода это – как сегодняшняя молодежь сказала бы – жуть.

Потертые джинсы. Не как сейчас часто увидишь рваные коленки, модная, ярко выраженная потертость, а обычная: давно и долго ношенных простых синих джинсов. Рубашечка в клетку. А вот на шейке у неё. Вот как. Ей, простенькой, серенькой, на обычном кожаном шнурочке.

Ох. Я чувствовал, как закипает яростью.

И тут она подняла глаза. Я умудрился быстро отвести взгляд. «Ой, мамочки» – сказал бы я гораздо раньше. Вот же блин.

Отошёл к двери электрички, и в стекло, в отражение, делая вид, что на себя любуюсь, продолжил уже более пристально её изучать. Ну как получалось, в искаженном, грязноватом отражении.

Катюша

Он подошел к дверям электрички и стал любоваться своим отражением в стекле.