Когда предает душа

– Схватишь меня и будешь пытать? – произношу слишком пылко.

«Чего это я?»

– А ты этого хочешь? – Костины глаза темнеют.

Ох!

– Эй! Полегче. – Мне становится не по себе. Я пытаюсь отстраниться, но он удерживает подлокотники моего стула.

– Расскажи, Миа, – шепчет он. – Расскажи.

– Да расскажи ты ему! – восклицает Петя.

«Петя?!»

Константин инстинктивно поднимается и переводит на него взгляд.

– Видишь, Миа. Даже Петеньке интересно, что ты там узнала, – с издевкой произносит он.

– Достали.

– Упс. – Я поджимаю губы. Костя пронизывает меня взглядом. – Не расскажу.

– Ладно, – вдруг отмахивается он и уходит на свою сторону. Я разочарована. Где кульминация?

Иду за ним.

– Эй! Так нечестно. – Я надуваю губы, изображая обиду.

Громов оборачивается и смотрит на меня в недоумении.

– Хочешь рассказать? – говорит он томным голосом.

– Я хочу кофе.

– Кофе? – Удивляется. – Ты хочешь кофе?

Я киваю.

– Окей. – Он вскидывает руки и заправляет кофемашину. – Но ты расскажешь мне все, что знаешь.

«Хочет быть на равных?»

– Да ничего такого, – сдаюсь я и сажусь на диван.

– Значит, ты любишь интриги, Миа? – Его тон игрив.

– Очень. Особенно, когда оппонент так реагирует. – Теперь мой голос становится томным.

Костины глаза блуждают по моему лицу. Словно он пытается разгадать какую-то загадку. И тут я вспоминаю, что он женат.

«Почти женат», – поправляет меня Миа-2.

Константин не похож на человека, у которого есть любимая женщина. Он не слишком опрятен, а его общение со мной вызывает в голове массу вопросов.

– Ты затеяла очень опасную игру, девочка, – с предостережением произносит Громов.

– Девочка? – Он кивает. – Нет. Это уже слишком!

Мы смеемся. Костя ставит передо мной чашку и садится напротив, придвигая стул.

– Ну и?

– Откуда у тебя этот шрам? – Его глаза расширяются от удивления.

«Что за бестактность, Миа?»

– Получил в бою, – серьезно отвечает он.

У меня вырывается смешок.

– В бою?

– Да, я борец ММА.

Все еще очень серьезен. Мне следовало догадаться. Я ерзаю на месте.

– То есть ты постоянно участвуешь в боях?

– Уже нет. – Громов проводит рукой по щеке. – После травмы только для себя.

– Ох! – Выдыхаю я. – Неожиданно.

Его рот изгибается в кривой ухмылке.

– А что до тебя? – начинает он и показывает на трехсантиметровую отметину на тыльной стороне моей ладони.