Баттонскиллъ. Карта, мобы, два скилла

Чернецов хмыкнул, оглядев её новый костюм:

– И как ты решилась на такие кардинальные перемены?

Девушка смерила его взглядом, потом на каблуках процокала к нам. В её руках непонятно откуда оказалась папка, и она бухнула её на стол передо мной.

Я, застыв в ступоре, не сводил с неё взгляда. То, что произошло только что с её одеждой, окончательно сломало последние заслоны моей психики. Чему ещё удивляться?

– Так, – зализанная упёрлась в стол ладонями и уставилась на меня, – Гражданин нюбс, давайте уже закончим формальности, и вы сможете вернуться к нормальной жизни.

Я молчал, ошарашенно разглядывая её. Она реально напоминала персонажа из фильма – чёрные волосы, блестящий кожаный прикид. До меня дошло, почему Чернецов назвал её Катринити, ведь сходство с героиней из фильма было разительным.

Да и мне самому начинало казаться, что я погряз в какой-то виртуальной реальности…

– Гражданин нюбс? – она чуть повернулась ухом, вырвав меня из размышлений.

– Да я с удовольствием, – только и прошептал я.

Напало какое-то равнодушие. Оставалось надеяться, что скоро всё закончится, и доктора меня вылечат.

– Ваше имя?

– Гера… кхм… Георгий Гончаров.

– Замечательно. Я Екатерина Глазьева из Отдела Невмешательства, сектор защиты нюбсов.

– Катринити, – хмыкнул Чернецов, но осёкся, когда с утробным рычанием девушка повернулась к нему.

– Могу ли я просить нашего модератора соблюдать субординацию в присутствии моего клиента?

– Ну, так он же всё забу… – поймав новый взгляд, Чернецов не договорил, потом великодушно махнул, – Да, да, конечно, не буду мешать.

Прилизанная повернулась ко мне:

– Нюбс Гончаров, вы находитесь в С.И.Т.О. – Службе Инспекции и Тройного Отсеивания. С сорок пятого года мы используем принцип «Рок» для всех, не делая исключений.

– Рок?

– Тройное отсеивание Р.О.К., – она положила ладонь на папку, – Регистрация. Обнуление… Казнь.

Я почувствовал, что у меня зашевелились волосы, а ноги безо всякого клея приросли к полу. Где-то внизу живота возникло ощущение, что я падаю.

Щёлк!

Наручники сами собой отстегнулись, и на несколько секунд в помещении возникла удивлённая пауза – и я, и модератор, и зализанная Катринити удивлённо уставились на браслеты.

Чернецов неуверенно потянулся к поясу, то же самое сделала и Екатерина.

В этот раз ступора не было.

Через секунду я оказался возле двери, и дёрнул ручку. Не поддалась. Я дёрнул ручку ещё и ещё, а потом ударил по двери кулаками.