Убийство в магических тонах

Хозяин опять уселся за столик около бара и все пытался в огромной бухгалтерской книге что-то просчитать, но, судя по его озабоченному лицу, это ему никак не удавалось.

Вскоре к богачу присоединился его приятель, хотя он был больше похож на подчиненного: если богачу было где-то лет сорок пять – пятьдесят, то этому, в клетчатом костюмчике – не больше двадцати пяти.

Марк подошел к ним, чтобы узнать, чего желает новый посетитель, и успел услышать, как богач обеспокоенно произнес:

– …странные дела.

Он, конечно же, из диких, явно ничего не понимает. Но при чем тут рыбья ма… – он тут же замолчал, заметив Марка.

Приняв заказ – еще одну бутылку вина и закуску – Марк ушел. Когда же он возвращался с заказом – а сделал он это, повинуясь бессознательному любопытству, нарочно бесшумно и незаметно, прямо вынырнул из-за столба – он успел услышать от молодого человека:

– А что, ставрида и такой фортель могла выкинуть?

Богач увидел Марка и не ответил, а только махнул ладонью на собеседника.

Марк понял, что говорят они о чем-то интересном и необычном, и любопытство его разгорелось еще сильней.

Любопытство, к неловкости и стыду Марка, являлось его слабой стороной, и в его арсенале имелись некоторые приемчики, способствовавшие лучшему подслушиванию. Но основных правил, что он вывел для себя, было всего два. Во-первых, главное – не смотреть на того, кого подслушиваешь. Почему-то люди уверены, если на них смотрят, то слушают – даже если ты далеко и их вообще не слышно, и, соответственно – наоборот: если ты, хотя и находишься рядом, но совсем на них не смотришь, они могут говорить все, что угодно, думая, что их не слышно.

Во-вторых, если заняться каким-нибудь кропотливым делом, даже пусть и близко от разговаривающих, то они тоже решат, что человек ни черта не слышит.

Марк так и сделал. Сначала он возле барной стойки чистил какую-то вазу. Потом стал подметать пол недалеко от интересных посетителей.

Негромкие голоса собеседников не открыли полной картины разговора, но Марк смог услышать следующее.

Говорил в основном богач. Голос его был разморен вином и печалью:

– Самое смешное, что город рядом с морем, и охранять его от моря, получается что, нелепо.

– Ну и отдать его им на растерзание нельзя, – сказал его молодой друг.

– А по мне, эти ставридисты измельчали. Это ж курам на смех. Вчера наткнулись на одного, продавал туристам поделки из ракушек.