Я всегда буду рядом. Часть вторая

Не нужно было тебя оставлять, – начал он.

– Пап, все нормально. Ты ни в чем не виноват. Я беременна, – выдала я на одном дыхании.

– Что? – Его глаза округлились.

– Я жду ребенка, – твердо ответила я.

– Господи! Лиза! Какое счастье! – воскликнул он, на глаза выступили слезы. Он обнял меня нежно, стараясь ничего не повредить.

Жестокий приговор

Через несколько дней меня выписали, выдав карту со всеми анализами и направлением к гинекологу, к которому я отправилась сразу же. Папа снова улетел, так что свой первый визит я совершила с Алькой.

– Ну все, я пошла.

– Давай, удачи!

Я открыла дверь кабинета и скрылась за порогом. Во главе стола сидела белокурая женщина, довольна стройная, но она показалась мне очень серьезной. Я села напротив нее и протянула карту.

– На что жалуетесь? – спросила она.

– Ни на что. Я беременна.

– Вот как! Ну что ж, посмотрим. Проходите за ширму, раздевайтесь, я сейчас подойду.

В следующий час она исследовала меня внутри и снаружи.

И, когда процедура закончилась, она, оторвав глаза от моей карты, сказала:

– Лиза, плод в полном порядке, но ваше состояние оставляет желать лучшего. У вас слабое сердце согласно заключению кардиолога, и я не уверена, что вы сможете перенести роды.

– То есть как?

– Я предлагаю вам не рисковать своей жизнью и прервать беременность.

– Вы в своем уме? Это мой ребенок и я… – задыхаясь от возмущения, выпалила я.

– Лиза, я понимаю ваше состояние. Но я всего лишь врач, а не господь бог, я хочу, чтобы вы понимали всю опасность вашей беременности и последующих родов, – перебила она меня.

– Мне все равно, что вы думаете! Я буду рожать и точка! – я перешла на крик.

– Ваше право. Тогда вот вам необходимый список лекарств и анализов. Жду вас через неделю. И, пожалуйста, никаких волнений. Вам нужен полный покой.

– Хорошо, спасибо, – сказала я и вылетела из кабинета, глаза противно защипало.

– Лиза, что с тобой?! – вскочила Алька.

Я не смогла сдержаться и разревелась, опустившись на пол.

Как она могла? Это же мой человечек! Наш с Максом! Я захлебывалась слезами, когда Аля пыталась меня успокоить и вывела из здания. Уже в машине я смогла спокойно объяснить ей все, и она до конца пути, от больницы до дома, разорялась на тему несправедливости и жестокости нашей медицины.

– Давай заходи, сейчас сделаю тебе чай, – скомандовала подруга, и я покорно села на диван, уставившись в одну точку.