Эмпатия Кристины

Мой организм пока еще не может привыкнуть к такому количеству ультрафиолета ежедневно, – страдальчески сказала она и зажмурила глаза, ощупывая свой лоб.

На его лице как будто бы мелькнула тень облегчения. Но он не хотел так быстро сдаваться, поэтому сделал театральную паузу, чтобы придать своему решению больше значимости.

– Конечно, если вам нехорошо. Мы продолжим в другой день. Это абсолютно не срочно. Вы никуда не уезжаете? – поинтересовался он.

– Да я, считайте, только приехала. Куда же я уеду? – резко ответила Кристина, забыв, что только что страдала от начинающейся мигрени и вообще очень злилась на этого человека.

Он напрягся. И снова посмотрел на девушку с подозрением. Она поняла, что перегнула палку, видимо, и снова приложила ладонь ко лбу, прикрыв глаза. Что с ней происходит? Почему так резко меняется ее настроение рядом с этим мужчиной?

– Можно я заберу свой стаканчик с кофе? Я не допила, – пролепетала она, чтобы как-то сгладить неловкость.

– Без проблем, забирайте. Этот кофе для вас, – как ни в чем не бывало бросил он.

– Спасибо, – она стремительно встала из-за стола, проскрежетав металлическим стулом по полу, и пошла к двери. Полицейский в это время вздрогнул от громкого звука, будто его ударило током.

– До свидания, офицер Вуд, – сказала она мило, проходя мимо него. – Буду ждать вашего звонка.

Ей показалось, что последняя фраза звучала как-то двояко, и она поспешила добавить:

– Чтобы договориться о следующей даче показаний, конечно же.

– Я так и понял, – произнес он спокойно.

«Это что, издевка в его голосе или мне уже везде мерещится? Надо скорее уже уходить отсюда, а то я сейчас наговорю себе на срок в тюрьме за приставания к офицеру полиции».

– Всего хорошего!

– Вас там проводят, – буркнул он, даже не потрудившись встать, и лишь махнул ей рукой.

– До встречи!

– Где там этот чертов панадол! – услышала она его раздраженный голос, уже почти выходя из здания, и загадочно улыбнулась.

Дом был совсем рядом, и Кристина шла, подставляя лицо солнечным лучам и потягивая из стаканчика все еще теплый кофе, который мягко обволакивал язык своим приятным вкусом и как бальзам от стресса стекал вниз по телу.

«Как же все-таки мрачно и гнетуще во всех этих помещениях. И какой непонятный этот офицер. Рядом с ним хочется и смеяться, и плакать, забиться куда-то в угол от страха или тут же начать дерзить и размахивать кулаками. Я, между прочим, ему зачем-то сказала правду, хотя должна держать язык за зубами.