Авантюристка (сборник)

В течение следующего часа Либерман врал, как пел. Такому удивительному таланту можно было позавидовать. Меня его треп развлекал я делала глазки, всплескивала руками, охала. Яков Давыдович улыбался. После третьего стакана он начал подмигивать – я ему нравилась. Хорошо это или плохо, я не знала.

Врал Яков Давыдович следующее. По его легенде, звали его Алексеем, был он уроженцем города Москвы и даже потомком кого-то из московских князей. Я хотела пошутить – не перепутал ли он княжества, но, конечно, промолчала.

Далее мнимый Алексей рассказал, что разводится с женой, так как больше не намерен тратить честно заработанные деньги на распутную куклу. Жена у него оказалась красавицей, но, к сожалению, не ценила любви и преданности супруга.

– Так что пускай едет к родителям, – махнул рукой Либерман. – Знаете, устал. Вы простите, что я рассказываю вам такие личные вещи. Наболело, понимаете ли…

– Понимаю. – Я сделала печальную мину. – Как я вас понимаю!

Далее господин Либерман поведал о своей фирме.

Занимался он, как оказалось, «всем понемногу». Но главным профилем работы была торговля. Я не стала уточнять, чем именно он торгует. Ведь сейчас куда ни плюнь – все только и делают, что торгуют.

– А сейчас надумал открыть в Москве тайский ресторанчик. Вот, еду выбирать повара. А вы?

– А я в отпуск. Просто в отпуск…

– Давайте еще винца?

После пятого стакана вина язык господина Либермана начал его подводить. Он случайно проговорился и упомянул отель, где собирался остановиться.

Хотя… я и так знала, где именно и когда будет останавливаться «княжеский потомок»… А шестой стакан он не осилил… Извинился – и вырубился. Следующие три часа мне пришлось терпеть его мерзкий храп…

Теперь я имела относительное представление о клиенте. Не понаслышке и фотографиям, из личного общения с таковым. Всего пару часов в компании – и моя жалость к этому изменнику и вруну испарилась, как утренний туман. К тому же Либерман оказался натуральной жадиной. Нет, это же надо, в присутствии женщины уточнять – «Какое винцо у вас тут подешевше…»??? Проанализировав ситуацию и решив, что в Бангкоке первым делом надо будет позвонить Жаку, я тоже уснула.

Проснулись мы почти одновременно. По селектору объявили посадку. Либерман затянул ремень на пухлом животе, сочно зевнул и обратил ко мне лоснящееся лицо.

– Как спалось? – улыбнулся он, делая сладкие глазки.

– Так хорошо, как может быть в самолете.

– Да, вы правы. Кресла ужасно неудобные.