Пустившие по ветру. Роман

Они постояли так немного, потом он все же ее отпустил и сказал:

– Надо.

Фьюриэль, закончив, вытолкала Гастиэля за дверь и вышла сама, стараясь не пропускать лишнего света в теплицу. В просторном кабинете было много шкафов, большой рабочий стол со всякими алхимическими приспособлениями и две удобные тахты.

На столе, рядом со стопкой книг и писчими принадлежностями, стояла керамическая вазочка с кусочками зефира и мармелада. Чашка с недопитым чаем стояла на подоконнике, рядом с двумя свитками и латунной табличкой.

Пока девушка доставала из шкафов необходимые ингредиенты, Гастиэль с удовольствием поглощал сладости, любуясь филейной частью алхимика. Он не сходил с места, создавая довольно ощутимое препятствие траектории движения хозяйки кабинета. Поставив четыре склянки и две коробочки рядом с восемью кулечками, она подошла к нему вплотную, и, глядя прямо в глаза, всучила ему ополовиненную вазочку. Он все так же по-дурацки улыбался, не переставая жевать. Фьюриэль тщетно попыталась сдуть с лица упавшую прядь волос, после чего более настойчиво ткнула вазочкой в Гастиэля и кивком отправила его в сторону тахты.

Тот молча повиновался, удобно развалившись поближе к девушке и вытянув ноги. Естественно, преграждая ей путь от одного края стола к другому.

– Ноги, – не поворачивая головы, сказала она.

– Ноги, – повторил он, сгибая их в коленях.

Девушка старалась не думать о том, что он просверлит взглядом ей спину, пока она ловко варганит нужный порошок.

Пространство между ними всегда осязаемо утяжелялось, что хоть ножом режь, но она ничего с этим поделать не могла, ибо золотой браслет на правой руке сам собой испариться не мог. Это она была свободна и вольна делать, что вздумается. А он – подчеркнуто женат.

– Фьюриэль!

От неожиданности она вздрогнула, грякнув керамическим пестиком, чуть не расколотив изящную ступку.

– Дракон! – воскликнула она. – Что?

– А вы не будете добавлять туда какую-нибудь субстанцию, чтобы пожиже вышло?

Она демонстративно громко стукнула ступкой по столу и повернулась к широко улыбающемуся Гастиэлю.

– Я. Спросила. Точно. Ли. Порошок.

– Нет, ну а как вы себе представляете анестезию порошком?

Она зажала большим пальцем одну ноздрю, а другой втянула воздух. Гастиэль перестал улыбаться и поднял брови. Тут до девушки дошло, что он просто над ней в очередной раз поиздевался, а она подала ему гениальную идею, восприняв его всерьез.