Пустившие по ветру. Роман

В дверях с размаху вписалась в Гастиэля, отскочила и выпалила:

– Надьяр?!

– Доброе утро, – протянул тот, а она уже мчалась дальше, стараясь не думать о том, что только что произошло.

На лестнице натолкнулась на Ириэля. Тот поймал ее за руку и задержал.

– Постой, Фьюри. Что случилось?

– Новый порошок! – с горящими глазами выпалила девушка.

– Новый порошок и что?

– И то, – пространно махнула рукой она. – Он способен накапливаться в пораженных органах! Температура тела над ними повышается!

– То есть ты хочешь сказать…

– Я хочу сказать, что не зря столько времени на это потратила.

– Любопытно. Пойдем, скажем Данэлю, – он взял ее под локоть и повел наверх. Фьюриэль осторожно освободила руку и тихо проговорила:

– Сам ему скажи, я не очень хочу с ним разговаривать.

– А что так?

Девушка молча отмахнулась и пошла обратно.

Лечебница приозерного городка Лилграда была достаточно маленькой, если сравнивать с Содармудской или с Мирградской Академической лечебницей, не говоря уже об Академии в Торах.

Здесь все знали друг друга, и друг про друга тоже.

Фьюриэль выросла в семье, далекой от лекарского искусства – ее семья содержала школу. Старшие братья поступили на государственную службу в Содармуде, сестра же воспитывала пятерых лесовичков. Сама девушка всю сознательную жизнь лелеяла мечту приобщиться к лекарскому сословию после одного случая – в возрасте полутора зим она упала с постели головой вниз и быть бы ей калекой, если бы не надьяр Гастиэль. Причем то, что это был именно он, она узнала от матери, когда вернулась из Содармудской Академии и начала трудиться на лекарском поприще.

Фьюриэль была фармацевтом-алхимиком. Порошки смешивала любой сложности, даже самые хитрые жидкости и растворы, любой яд… И не уставала экспериментировать. Ей даже отвели специальные помещения для опытов и хранения сырья. Она этим болела. Но спустя некоторое время, она оказалась вынуждена признать, что в Лилграде ее искусство не столь востребовано, как могло бы быть в лечебнице покрупнее.

Пятнадцать порошков и восемь растворов плюс четыре мази – вот и весь спрос. И девушка стала задумываться над тем, что на малой родине можно всю жизнь и не проводить. Тем более с учетом того, что замуж она не собиралась – ядовитые испарения здоровья не прибавляют.

Временами она ловила себя на том, что за ней ухаживает Данэль, но как-то странно он это делал… Не торопясь никуда, и с таким видом, что она ему должна быть благодарна за оказанное внимание.