Пустившие по ветру. Роман

Меня зовут Гаэль, и я…

– Хэккийский лекарь?! – закончила за него изумленная Фьюриэль. Она представляла его совершенно иначе.

– О, – снова дружелюбно улыбнулся Гаэль и протянул девушке чашку с душистым напитком. Четвертькровка вдохнула аромат и сказала:

– Княжеская груша.

– От алхимика иного не ожидал, – одобрительно кивнул мужчина, усаживаясь в кресло. – Не возражаете, если я сразу перейду к делам?

Та мотнула головой в знак отсутствия возражений.

– Хорошо, – кивнул Гаэль и продолжил. – Я, честно говоря, несколько удивлен тому, что вы так молоды, ведь ваши заметки выдают блестящего профессионала…

Фьюриэль поперхнулась чаем от неожиданности.

– В Лесном Княжестве алхимия развита на порядок лучше, чем у нас, по массе причин, – пояснил тот. – Северяне – воины, поэтому у нас в приоритете шитье по телу, да и климат не самый мягкий, многие ингредиенты мы просто не можем себе позволить достать просто так, выращивая их в теплицах.

– Главное – это правильная температура, атталис подвержен значительным изменениям при перепадах, – заметила девушка. Ей были очень приятны лестные слова хэккийского лекаря в свой адрес. – Причем в большей степени – цветки, поэтому их лучше экстрагировать и готовить раствор…

– Стабильность выше?

– Именно.

– Что ж, – заключил Гаэль. – Полагаю, нам будет о чем разговаривать в ближайшие несколько месяцев. Вам отвели покои на пятом этаже с личной алхимической лабораторией. Располагайтесь, даю вам пару дней для знакомства с чудесами столицы, а после жду здесь с утреца. И да, северян в черной форме лучше обходите стороной, особенно тех двоих, которых зовут Наэль старший и Наэль младший.

– Благодарю, надьяр, – девушка откланялась и отправилась располагаться.

Покои ей отвели достаточно большие. Две комнаты и личная ванная комната. Про лабораторию и говорить нечего – она вдвое больше той, в которой она работала в Лилграде. Девушке показалось весьма забавным то, что в личные покои можно было попасть не только из коридора, но и через смежную дверь лаборатории, чтобы можно было готовить какое-нибудь особо капризное снадобье, не ночуя на стуле.