Его тайная дочь

А что… если у меня получится растопить лед его сердца?

– Юля, будешь десерт? – повторяет вопрос Андрей, когда я долго не отзываюсь, погрузившись в мысли об этом мужчине.

– Что?

– Десерт будешь? Что ты любишь? Я заметил, что ты пьешь чай без сахара. Не жалуешь сладкое? – улыбается Дымов. – Или мне показалось?

– Просто стараюсь не злоупотреблять. То же, что и ты буду.

Андрей заказывает мороженое. Фисташковое. Одно. Я ем десерт ложкой и запиваю кофе.

– Дашь попробовать? – вдруг спрашивает он.

 – Я вообще-то на двоих заказал, – кивает на мои губы, которые я облизываю.

Краска приливает к щекам, оттого, как Андрей смотрит на меня в это мгновение.

– Ты хочешь, чтобы я покормила тебя из своих рук?

– Да, – чуть прищуривает глаза, в которых разгорается огонь. – Вкусно? – снова переводит взгляд на мои губы?

Я подцепляю ложкой лакомство и подношу ее ко рту Андрея. Он пробует, потом просит ещё, чувственно облизывая губы. Я наблюдаю за ним замороженными глазами, думаю о поцелуе в машине.

Все же этот человек странно на меня влияет. Вроде и на расстоянии держит, но мои мысли все чаще и чаще крутятся возле него и нашей близости. Если бы он накинулся на меня в первую же ночь я бы испытала к нему отвращение, а сейчас… интерес. Который набирает обороты. Он как будто играется со мной в кошки-мышки. А я поддаюсь.

Из ресторана мы выходим очень поздно. Оба смеемся и улыбаемся. Андрей предлагает прогуляться. Мы идём до парка и там проводим почти ещё час, обсуждая все на свете.

– У меня на днях командировка. Полетишь со мной? – предлагает Дымов.

– Я не могу, у меня работа и отчёты…

– Я договорюсь с Людмилой. Тебя отпустят. Полетели?

– Я так не могу, Андрей. Не хочу, чтобы меня считали чьей-то любовницей.

Дымов насмешливо приподнимает брови.

– У меня есть мозги, и моя начальница в этом убедится. Я не только гожусь для заключения странных контрактов! – вспыхиваю я.

– Меня не будет почти две недели, а твой отказ толкает меня на необдуманные поступки.

Андрей обнимает меня и без лишних слов впивается в мои губы жадным поцелуем. Распахивает полы пальто и обнимает за талию, привлекая к себе, так тесно, что из легких выбивает весь воздух.

В перерывах между безумием, которое устроил Дымов прямо на улице, я глотаю воздух, пытаюсь его оттолкнуть, но он не позволяет мне отстраниться. Опускает руки вниз, гладит бедра. Его дыхание горячее прерывистое.