Хроники Астера. Трилогия

 – Не с мечами же на такого громилу идти?

– Нет, конечно, – дивился мне Фонарь. – Возьмём ветки потолще, выстругаем из них острые колья, вот тогда и пойдём.

– Колья?

– Ну да! Луков и копий нет – придётся охотиться с кольями. – Смекнув, что я не в восторге от его идеи, рыцарь спросил полушепотом: – Ты что ни разу в жизни не охотился?

– Только никому не говори, – прошипел я.

– Ушам своим не верю! Фил, ты же граф! Как такое возможно?

Я почувствовал, как вспыхнули уши.

– Жора, хватит! Я же попросил: потише!

Он примирительно выставил вперёд руки.

– Всё-всё, замётано! Просто в голове не укладывается, – рыцарь ударил кулаком о ладонь. – Мясо ешь охотно, крови явно не боишься: видел, как ты нелюдей на меч насаживал (грубое преувеличение – одного убил и то в целях самообороны). Тогда в чём причина? Животных жалко? Клятвенный обет в детстве дал?

Я тяжело вздохнул, будто мне предстояло раскрыть страшную тайну, и по-заговорщически произнёс:

– Всё намного проще – повлияли среда обитания и родители.

Пойми, друг, отец – инженер, мать – филолог.

– А-а-а! – сочувственно кивнул Жора. – Фил, это многое объясняет.

Ох, ну и смешной же тут народ! Никогда не расспросят, даже если ни слова не поймут. Показаться необразованным или малосведущим для них хуже пытки раскалённым железом. Однако таких хватает и на моей Родине.

Далеко ходить не придётся, раз уж упомянули выше моё славное семейство, расскажу историю о том, как мать с отцом в банке ипотеку оформляли.

Во время общения с менеджером у мамы накопилась куча вопросов, но отец пресекал любую попытку их задать.

При разговоре он умничал и важно цокал языком. Когда сотрудник банка поинтересовался, всё ли понятно, папа лихо махнул рукой: «Мы ж не дураки!». В итоге, подписал невыгодный кредит (на тот момент они ещё не знали, что отдавать восемь лет будем с переплатой в триста процентов).

Как вы думаете, какой вопрос задал отец, когда они вышли из банка? Ни за что не догадаетесь! «Дорогая, ты всё запомнила, а то я ничего не понял!».

Логично, что она спросила, почему он не уточнял у менеджера. «Чтобы он меня тупицей считал?», – возмутился папа. Вот так и живём!

Я твёрдо убеждён, Фонарь поступил бы точно так же, как мой отец. Не будет же гордый мужчина говорить, что не разбирается в чём-то, и уж тем более переспрашивать не соизволит. Он готов мучиться, горбатясь на банк почти десять лет… Что-то затянул я с мрачными воспоминаниями, вернёмся лучше к нашим баранам, точнее к зайбулам.