Битва за Тутум

Эх, будь Фонарь не налегке, а в мифрильной броне, дали бы бой без раздумий, а так даже боевая палица рыцаря лежала в волшебной сумке Хани.

– Фил, я могу атаковать их магической вспышкой, если поможешь развернуться, – вызвалась Аша.

Вспомнил, как волшебница избавляла Фонаря от шишки. Нет уж, увольте! Вдруг чего напутает? Да и быстро пересадить её не удастся.

– Исключено! Слишком опасно. Ох, и почему Хани не заговорила о розовых пасхальных кроликах? – с досадой промолвил я и потянулся за скучавшим в ножнах Защитником.

Я решил, что лучше сразиться с тёмными всадниками, пока коня не вымотали. А там и рыцарь поспеет на подмогу. Глянул через плечо – глаза на лоб полезли: нас преследовали пять кролей-переростков. В передних лапах у нежно-розовых зверушек были огромные сочные морковки, прямо дубинки.

– Чтоб мне пусто было! – удивился я.

– Адская смесь! – привычно воскликнул рыцарь.

Каждый выругался вслед за бароном. Как и предполагалось, самое изощрённое слово выдала Хани, но какое – не скажу, слишком уж оно нецензурное.

– Милорд, как вам удалось колдовство? – недоумевала рыжая ворчунья. – Вы стали могущественным магом?

В мечтах, Филя, только в мечтах.

– Не говори глупостей! – рявкнул я. – Откуда у меня способности?

– Кажется, я поняла, в чём дело, – привычным тоном всезнайки произнесла Аша. – Нас преследуют шаловливые духи дождя. Отец как-то рассказывал о них.

– Духи дождя? – нахмурился Фонарь. – Шаловливые? Они опасны?

– Нет, совершенно безобидны. Возможно, они пытаются сказать что-то важное.

Сомневаюсь, что ребята успокоились после её слов, но был и другой способ. Я нащупал артефакт во внутреннем кармане кафтана – холодный, словно из морозильной камеры достал. Мне сразу же полегчало.

– Стоп машина!

Я натянул поводья и развернул скакуна. Аша вскинула перед собой посох как предупреждение – кролики тотчас замедлились.

– Предстаньте перед нами в истинном обличии, – повелительным тоном произнесла колдунья.

Синий камень на конце посоха угрожающе сверкнул – кролики распались, как подогретое на конфорке желе.

Неожиданно на одном появилось подобие улыбки, а за ней – два глаза и нос, по форме напоминающий клубень картофеля. Вслед за первым преобразились и остальные. Теперь мы лицезрели пять водяных колобков. Правда, съесть или выпить их совсем не хотелось.