Отец поневоле

 – Живешь себе, и спустя год узнаешь очень важные вещи, которые стоило бы узнать несколько ранее. У вас так бывает, Ирина Анатольевна?

То ли она и правда не в курсе, что уже странно – все-таки Полина общалась с родителями, то ли очень хорошо играет, но женщина действительно выглядит непонимающей.

– Я могу передать дочери, когда она позвонит мне в следующий раз, что ты искал ее, – предлагает она.

– То есть у вас есть связь? Ее номер не отвечает.

– Да, она сменила, когда уехала работать за границу.

Мне нужна почти минута, чтобы осознать ее слова.

– Уехала работать за границу? – зачем-то повторяю за ней.

– Ну да. Ты не знал? Хотя понимаю, – тут же спохватывается Островская. – Вы, наверное, и не общались.

– Не общались, – цежу сквозь зубы, прикидывая, как бы выудить информации побольше. – Может, вы дадите мне ее номер? Я свяжусь и обсужу с ней вопрос.

– А я не могу. Поля сама звонит. У нее там контракт какой-то с кучей ограничений. Компания престижная, и там все очень строго.

– Даже так? А если что-то срочное? Неужели нет возможности как-то дать ей знать, что что-то случилось?

Женщина мнется, явно не зная, стоит ли мне отвечать. Вроде бы мы не ругались и не рассказывали всем подряд причину развода, но ясное дело – она на стороне дочери.

– Назар, а что за срочность такая? Через несколько дней Поля сама позвонит.

– Вопрос и правда не терпит. Так что, пожалуйста, помогите мне.

Пожалуй, направление я выбрал верное – Островская бледнеет и тут же кивает. Значит, помнит, что фамилия Адамиди имеет значимый вес.

– Хорошо, – сдается она и достает листок, на котором быстро пишет что-то. – Это электронная почта для срочной связи. Поля сказала, что если что – писать туда.

– Спасибо, – киваю, забирая бумажку. Но я не успеваю даже развернуться, чтобы уйти, как Ирина Анатольевна хватает меня за рукав.

– Назар, что-то случилось? Или ты решил… Ты хочешь ее наказать, да? Спустя год…

Она смотрит на меня со страхом. Я это четко вижу. Это странно, учитывая, что я никогда не позволял себе переходить черту и пугать жену. Даже несмотря на то, что она сделала.

– Наказать? – медленно произношу я.