Отец поневоле

– Ага, – вяло отвечаю, а у самого – гора с плеч. Уж час-то с этой крохой я выдержу – уверенно думаю я, отбивая звонок.

Наивный дурак.

Потому что сначала Платон решает, что он слишком долго молчит, и пора бы продолжить разрабатывать связки. Я по всякому пытаюсь договориться с крикуном , но у него явно свое мнение по поводу того, как надо вести себя.

Измучившись, в конце концов, разбираю пакет от Леры и нахожу там погремушку. Не такая уж оригинальная игрушка, но на целых пятнадцать минут это срабатывает.

А затем все начинается по новой.

– Платон! – пытаюсь перекричать его строгим голосом, – ты ведешь себя нехорошо! Нельзя так долго кричать!

Но пацану плевать. Он надрывается, что есть мочи, а я чувствую себя абсолютно беспомощным. Что же делать? Как вообще успокаивают маленьких детей?

В итоге, потеряв всякую надежду, рискую все же взять мелкого на руки. Аккуратно, словно хрустальную вазу, беру того и едва дышу.

И, о чудо! Мальчишка, наконец, замолкает, а я выдыхаю с облегчением.

Правда, лишний раз пошевелиться боюсь – вдруг что-то сделаю не так. Платон внимательно смотрит на меня, а затем вдруг опять широко улыбается.

Мне улыбается. И от этого внутри становится очень-очень странно. Словно произошло что-то невероятно важное. Нервно сглатываю и улыбаюсь ему в ответ. Зачем? Скорее, потому что невозможно не отреагировать на такое проявление детских эмоций. И вот в этот момент мне почему-то очень хочется, чтобы пацан оказался моим.

Когда заканчивается этот самый час, и, наконец, раздается звонок в дверь, мне кажется, что у меня гора с плеч падает… Давно я не нервничал так сильно.

Все же ребенок – это огромная ответственность. Но стоит мне вернуть пацана в люльку, как тот разражается недовольным плачем.

– Заходи, – выдыхаю с облегчением, пропуская мать в квартиру.

Мальчик, затихший после звонка, начинает новый виток и снова заходится плачем, а я обреченно прикрываю глаза.

Ну, вот, опять…

– У тебя дома ребенок? – спрашивает мама таким тоном, что я понимаю – все, попал.

Причем по полной. Этот цепкий взгляд мне очень хорошо знаком.

– Ага, подбросили вот на порог этого подкидыша.

– ЧТО?!

Пока прихожу в себя, мама уже разворачивает активность.

– Кто это тут такой маленький? – воркует возле этого крикуна. И он снова притихает и во все глаза смотрит на очередную новую тетю. – Какой хорошенький, – продолжает умиляться мать. – Давай-ка я тебя возьму на ручки.