Под защитой бандита

Устроит ли его такой ответ? Убедит ли? Хозяин квартиры медленно обходит меня, встает напротив и пристально разглядывает.

Когда-то такой его взгляд очень смущал меня. Но вместе с тем давал ощущение, что я самая красивая. Сейчас же я со страхом жду приговора.

Взгляд Князева скользит по мне, останавливается на Дашутке.

– Твой? – он кивает на слинг.

– Да, да. Это девочка.

– Дочь, значит, – тихо протягивает он равнодушно голосом. – Родила…

Все силы, что у меня остались, уходят на то, чтобы не выдать себя.

– Как видишь.

Малышка начинает хныкать, копошится. Она вообще во сне часто ворочается, и, конечно же, спать вот так ей не очень-то удобно. Заметив это, Паша сильнее хмурится, отчего брови сходятся ближе, а у меня мороз по коже от такого взгляда.

– Можешь занять гостевую спальню, – произносит он, указывая направление, а сам уходит в другую сторону.

Я не спорю, иду куда сказали. Мое положение сейчас настолько шаткое и зависимое, что я не могу себе позволить ни лишнего взгляда, ни лишнего слова.

В комнате присаживаюсь на кровать и укачиваю малышку. Вот только Даша не просто так проснулась. Кроха хочет есть и теперь не уснет, пока не получит желаемое. Не уверена, что это сейчас уместно, но выбора нет. Или кормить, или очень скоро она будет кричать и надрываться как сирена, а смесь, которую я иногда даю, чтобы докармливать дочь, я, конечно же, не взяла. Не было времени.

Устраиваюсь поудобнее и расстегиваю кофту.

Как и всегда кормление успокаивает меня. Невозможно передать, что чувствуешь, когда рядом с тобой твой ребеночек. Когда ты его кормишь, прижимаешь к себе, а он потом пахнет молоком.

Я расслабляюсь настолько, что пропускаю момент, когда в дверях появляется Паша. Поглаживаю Дашу по голове, она хватается своими маленькими пальчиками за кофту, едва не рычит, пока кушает.

– Прости, она захотела есть, и если не покормить, то так и будет кричать, – тут же пытаюсь объяснить происходящее.

– Жду тебя на кухне, когда закончишь, – скупо произносит мужчина и уходит. Мы вроде снова остаемся одни, но я никак не могу отделаться от ощущения, что на мне до сих пор его взгляд.

Темный. Вязкий. Затягивающий.