Девять миров свободы

Мы не заметили, когда они начали выходить из домов, но теперь почти в каждом дворе виднелась темная фигура. Свет тоскливо мерцал в окнах и проемах за спинами людей, и их лица казались расплывчатыми овалами. Машина ехала сквозь этот мрачный караул в гробовой тишине.

У любого существа высшего уровня биологической организации есть «нервный предел». Условное обозначение, но оно определяет ту важную черту, когда организм еще может удивляться, пугаться или огорчаться, а когда все эмоции стираются, их место занимает констатация факта.

На этой планете наша группа уже встретила такое количество подобных событий, что мы оказались на пороге этого предела. Сначала в окно долетел яростный собачий лай. Пес буквально захлебывался, будто каждая часть нашей машины, не говоря о пассажирах, нанесла ему личную обиду. Никто из нас не повернул голову, не бросил даже взгляд в окно. Лай на миг прекратился, а потом машину окатило таким мощным ревом, что мы подпрыгнули. Нас догоняло нечто гигантское, напоминавшее не то быка, не то волка или медведя. Время замерло, машина едва тащилась. Существо наклонило черную голову к раскрытому окну, продемонстрировало внушительные клыки и оглушительно залаяло. Размером зверюга была с два автомобиля. Под наши громкие крики мотор, в который раз за день, натужно взревел, и машина рванула по дороге, подскакивая на кочках. В наших легких еще не успел закончиться воздух от непрерывного вопля, как существо исчезло. Нас окружали лишь пустая дорога и огоньки таинственного поселения.

Разгорелся спор.

Мы лихорадочно сканировали местность, записывали результаты, вырывая друг у друга антенны и микромодули, кто-то говорил про «планетарный центр аномалий», Эдвирг упорно игнорировал окружающих, следя за дорогой. Немного отдышавшись, нам пришлось признать, что никто не понимает, с чем столкнулась команда. Существо – не бык, не крупная собака, не медведь или иной дикий зверь. Нечто более странное. Нечто неопознанное.

От невеселых дум нас отвлекло странное оживление на дороге.

Навстречу рекой потекли автомобили. Мы растерялись. Уже совсем стемнело, и вереница огней ослепляла нас. Плотность автомобильного движения напоминала оживленную автостраду, но никак не запущенную проселочную колею. Да и куда они едут, в деревне не больше трех десятков жилых домов? Или эти автолюбители ночуют в строениях, которые напоминают результаты военных действий? Лори открыла окно и сделала пугающее открытие – минующие нас авто буквально растворялись в темноте.