Дочь его врага

Что его надсадное, хриплое дыхание – результат не только похоти, но и чувств.

Что его нежность – не жалость к бедной девственной шлюхе, а нечто действительно настоящее.

И в этой своей фантазии я кончаю, содрогаясь и не сдерживая протяжного стона. Едва различаю, как финиширует и сам Дамир. Как с каким-то диким остервенением вколачивается в мое тело, прижимается к себе и кусает за загривок.

Словно дикий зверь, метит меня. А я… Только едва ощутимо улыбаюсь. Потому что это все так разительно отличается от той первой попытки, что произошла совсем недавно.

9 Дамир

Девчонка вырубается почти сразу. Слабенькая, нетренированная. И я ловлю себя на мысли, что появляется неконтролируемое желание позаботиться о ней.

Зачем мне это?

Ее хрупкая фигура так и притягивает взгляд. Мы только что хорошо потрахались, но меня снова так и тянет провести по ее плечу, спуститься ниже, до самых ягодиц.

Уверен, сейчас он мягкая и податливая, и если развернуть, раздвинуть ноги, внутри будет снова влажно и горячо.

Но вместо того, чтобы еще разок трахнуть эту куколку, отодвигаюсь, а затем и вовсе иду в душ, чтобы остыть. А с другой бабой не стал бы заморачиваться – просто поимел бы, и все.

Рядом с этой продажной недотрогой все мозги в труху превращаются.

Опасно это.

Холодная вода немного приводит в чувство. По крайней мере, похоть уже не застит глаза настолько, что все сворачивает. Лера опять свернулась на краю, словно котенок, который боится что его выбросят.

Наплевав на ненужные эмоции, подгребаю ее к себе и, накрыв нас одеялом, закрываю глаза.

А вот утро начинается не так, как я рассчитываю. Негромкий стук в дверь мгновенно вырывает из сна. Девчонка, кстати, даже не дергается. Словно и не слышит ничего. И я ей даже отчасти завидую – значит, живет в спокойных условиях.

Стоит открыть дверь, как вижу Семена. Это уже странно. Вейхман редко когда снисходит до того, чтобы самому к кому-то заявляться.

– Поговорить надо, – тихо произносит, глядя исподлобья.

Он проходит и тут же взглядом скользит в сторону постели. Вроде бы равнодушно, но я замечаю, как из-под одеяла торчит нога Леры, и мгновенно внутри что-то вскипает.

Мне должно быть по херу. Она – шлюха. Пусть и начинающая.