Будешь моей

И главное, ведь втихаря все провернул, чертяка такой. Хотя учитывая внешность его супруги…

– Эта девочка – подруга Карины. Она просила за нее.

– И ты пошел на поводу у девчонки? – искренне удивляюсь. Лютый же кличку-то свою не просто так получил. Неужели так прогнула его та девочка? – Да ты поплыл, братец. Крепко она за тебя взялась?

– Ты тему не переводи – что с Дианой? – осекает Рус.

А вот теперь мне уже не до шуток.

– Не лезь в это. Не твое это дело.

– Я серьезно. Что у тебя с ней? Опять охотишься?

– Не твое.

Дело, – чеканю, чувствуя, что обстановка накаляется. И главное, с чего бы? – Сказал же.

Рустам молча отодвигает документы в сторону и демонстративно откладывает ручку, так и не поставив подпись.

– Серьезно? – смотрю на него ошалело. – Из-за какой-то девки отменишь данное слово?

– Зачем тебе она? Ты ведь обычно других цыпочек выбираешь. Только щелкни пальцами после боя – толпа набежит. Еще и трусами мокрыми закидают. Они же бросаться на тебя готовы.

И вроде бы все так, как он говорит, но… Но, блядь, я понятия не имею, что в этой девчонке такого.

Просто чую, как нутро жаждет ее. Да я уже представляю, как нам будет жарко в постели! Словно помешательство какое-то! И единственный вариант теперь – трахнуть строптивицу, утолить голод и освободиться от этого наваждения.

– И? Как это связано с Дианой? – с вызовом спрашиваю я. – Я люблю разнообразие.

– Отступи. Я прошу, как друг. Тебе просто поразвлечься, а девочка… Не такая она, похоже.

Ей не такое нужно, – продолжает настаивать Рус.

Я лишь мрачно усмехаюсь, а затем подаюсь вперед.

– А если не просто поразвлечься?

Пока разговор не зашел об этом, я как-то и не задумывался. Считал, что как обычно – потусую с кралей, оторвусь, распробую и пойду дальше. Как и она. Естественно, не обижу после – компенсацию получит хорошую. И спокойно разойдемся.

Но сейчас, когда друг зачем-то вдруг заводит эту тему, я теряюсь.

Потому что сам не знаю, готов ли потом отпустить эту крошку? Что-то сегодня было в ее взгляде такое, что зацепило, буквально рвануло из груди за ней.

А уж когда я увидел тех обмудков рядом с ней, вообще края потерял.

Я так-то против насилия над женщинами. Люблю, конечно, в постели потрахаться жестко. Но опять же – чтобы обоим понравилось. А вот насильников терпеть не могу. Однако сегодня отчего-то ярость была куда сильнее обычной злости. И над этим только предстояло подумать.

Рус удивленно смотрит на меня.