Ставка на проигрыш

– Если кто попросит, – выдавил он наконец, – не соглашайся.

По бледному мясистому лицу пробежала тень озабоченности. Нос был усеян крупными порами, на подбородке проступала жесткая черная щетина.

Рука его скользнула в карман, и выражение озабоченности сменилось радостной гримасой, когда она вновь вынырнула на свет божий с наполовину недопитой бутылкой виски.

– Надо же, а я уж думал, что потерял… – пробормотал он.

– Ладно, пока, Берт!

– Не забывай, помни мой совет!

– Ладно. – Я уже повернулся, как вдруг он сказал:

– Тай!

Мне это надоело.

– Ну что еще?

– С тобой этого не случится. Ты не допустишь… я знаю, но иногда именно самые стойкие попадают в худшие переделки. Я хочу сказать… Они не понимают, где надо остановиться.

Внезапно он качнулся вперед и ухватился за лацканы моего пальто. В нос мне ударил запах перегара, горячее дыхание смешивалось с сырым воздухом.

– Ты вечно будешь нищим из-за этой твоей… жены. Люк Джон мне рассказывал, я знаю.

– Ладно, постараюсь, – устало пробормотал я, но он, казалось, не слышал.

С параноической настойчивостью, свойственной сильно пьяным, он продолжал:

– Сначала они покупают тебя, потом шантажируют…

– Кто?

– Не знаю… Только не продавай… не продавай свою колонку!

– Не буду! – вздохнул я.

– Я тебе серьезно говорю. – Он придвинулся еще ближе. – Никогда не продавай свою колонку.

– Берт, а ты?

Он молчал. Потом отвалился от меня и снова зашатался. Криво подмигнул:

– Вот такой совет…

Развернувшись, как на шарнирах, он нетвердой походкой направился через вестибюль к лифтам. Я видел, как он стоял в освещенной кабине, сжимая в руке бутылку, и твердил: «Совет, совет…» Тяжелые двери сомкнулись. Я пожал плечами и, несколько озадаченный, двинулся обратно к «Блейз». Зашел в машбюро посмотреть, готов ли материал. Они еще не закончили.

Когда я снова вышел на улицу, там кричала женщина. Прохожие оборачивались. Резкий истерический крик перекрывал шум колес и визг автомобильных клаксонов. Вслед за другими я побежал посмотреть, в чем там дело.

На тротуаре, в пятидесяти ярдах от «Блейз», быстро собиралась толпа. Я еще подумал, что именно в этом месте недостатка в штатных репортерах не будет. Примчатся через секунду.

На асфальте лежал Берт. Мертвый.