Кураж

Эксминстер был прав, старый скакун не особенно спешил. Я дал ему восстановить равновесие после прыжка и направил прямо к финишному столбу. Я вообще не использовал хлыст, сосредоточившись на том, чтобы сидеть спокойно и не мешать ему, а он весело продолжал дистанцию и шел впереди на полкорпуса, когда мы прошли финишный столб. Прекрасный момент!

– Хорошо, – бросил Эксминстер, будто это само собой разумелось. Победы были так привычны, что ничего не значили для него.

Владелец был в восторге.

– Здорово! Здорово! – повторял он, обращаясь сразу к лошади, Эксминстеру и ко мне.

Я быстро взглянул на Эксминстера. Его пронзительные глаза насмешливо разглядывали меня.

– Хотите работу? – спросил он. – Регулярную, вторым после Пипа.

Я кивнул, набрал побольше воздуха и выдохнул:

– Да… – Это «да» прозвучало будто хрип.

Владелец скакуна засмеялся:

– Удачная неделя для Финна. Джон Боллертон говорил мне, что Морис будет интервьюировать его в своей программе завтра вечером.

– Да? – удивился Эксминстер. – Постараюсь посмотреть.

Я пошел взвеситься и переодеться, и, когда вышел, Эксминстер дал мне очередной список лошадей. Он хотел, чтобы на следующей неделе с четырьмя из них работал я.

– С этого дня, – сказал он, – я не хочу, чтобы вы принимали какие-либо предложения, не узнав сначала, нужны ли вы мне. Идет?

– Да, сэр, – подтвердил я, стараясь не очень выказывать идиотский восторг, который испытывал.

Я позвонил Джоанне:

– Как насчет того, чтобы поужинать вместе? Я хочу отпраздновать.

– Что?

– Победу. Новую работу. Мир со всем миром, – сообщил я.

– Звучит так, будто ты уже отпраздновал.

– Нет, – возразил я. – Опьянение, которое ты можешь услышать в моем голосе, означает, что на меня свалилась удача.

Она засмеялась:

– Тогда все в порядке.

– «Хенниберт».

Это был маленький ресторанчик на Сент-Джеймс-стрит, где кухня была под стать адресу, а цены – под стать тому и другому.

– О да! – воскликнула она. – Я приеду в золотой карете.

– Я так и думал. Я заработал сорок фунтов за неделю и хочу часть потратить. И, кроме того, я голоден.

– Ты не найдешь свободного стола.

– Он уже заказан.

– Сдаюсь. Буду в восемь.

Джоанна приехала на такси, что польстило мне. Она любила гулять пешком.