Перелом

По ее голосу было совершенно ясно, что я для этого не гожусь.

– Отец сам сможет делать, когда ему полегчает. У него будет много времени.

На это она кивнула с большим удовлетворением. Составление заявок на участие лошадей в подходящих для них скачках было важнейшим искусством в деле их обучения. Успех и престиж конюшни начинались с заполнения заявки на участие, где для каждой конкретной лошади определялась подходящая цель, которой полагалось быть не слишком высокой и не слишком низкой, а чтобы в самый раз.

Успехи моего отца в основном базировались на том, как он решал, где и когда должна участвовать в скачках каждая лошадь.

Вокруг гарцевали двухлетние жеребцы. Один из них взбрыкнул и попал копытом в колено другого. Никто не успел вовремя среагировать, и второй жеребец захромал. Этти с каменным выражением лица отчитала обоих всадников, велела второму спешиться и отвести своего подопечного домой.

Парень шел в конце цепочки, а голова его жеребца опускалась при каждом шаге раненой ногой.

Теперь колено распухнет, наполнится жидкостью и станет горячим, но, если повезет, через несколько дней все само собой пройдет. А если нет, то кому-то придется поставить в известность владельца. И этим кем-то буду я.

Короче, за одно утро три лошади: одна мертвая и две пострадавшие. Если так и дальше пойдет, то скоро толстяку не придется беспокоиться по поводу конюшни.

Когда мы вернулись, на подъездной дорожке стоял маленький полицейский автомобиль, а большой полицейский сидел в офисе в моем кресле и рассматривал свои ботинки.

При моем появлении он решительно поднялся:

– Мистер Гриффон?

– Да.

Он без предисловий перешел к делу:

– К нам поступила жалоба, сэр, что сегодня утром одна из ваших лошадей сбила велосипедиста на Моултон-роуд. Также нам пожаловалась молодая женщина, что эта же лошадь подвергла опасности ее жизнь и жизнь ее детей.

Это был сержант в униформе, лет тридцати, крепкого телосложения и бескомпромиссный.

Он говорил с агрессивной вежливостью, которая у некоторых полицейских походит на хамство, и я понял, что его симпатии на стороне жалобщиков.

– Сержант, а велосипедист был ранен?

– Я так понимаю, у него ссадины, сэр.

– А что с велосипедом? – спросил я.

– Не могу сказать, сэр.

– На ваш взгляд, не уместно ли в данном случае… э-э… внесудебное урегулирование инцидента?

– Не могу сказать, сэр, – невозмутимо повторил он.