Бурный финиш

В нем не было мощи, рождаемой мужским личностным накалом, но в то же время в его теле бушевала какая-то первобытная дикая сила. Достаточно было заглянуть ему в глаза, чтобы это почувствовать. Я ощутил какое-то странное леденящее шевеление в животе и в то же время понял, что расположения Билли добиться невозможно, сколько бы старания, теплоты и рассудительности я ни выказывал.

Он начал довольно кротко:

– Такие, как ты, – проорал он, – думают, что им принадлежит мир. Слюнтяи из чертова Итона.

Я промолчал.

Он придвинул свое искаженное гримасой презрения лицо ближе:

– Думаешь небось, что ты что-то особенное, да? Ты и твои паршивые предки.

– Ничего в них особенного нет, – прокричал я ему в ухо.

– В ком?

– В моих паршивых предках.

У Билли отсутствовало чувство юмора.

Он никак не отреагировал на мои слова.

– Да и ты, кажется, родился не из желудя, – спокойно напомнил я. – У тебя предков столько же, сколько у меня.

Билли встал и отступил на шаг.

– Правильно, – сказал он.

 – Давай смейся над теми, кто ниже тебя.

Я тоже встал и, покачав головой, пошел проверить лошадей. Я терпеть не мог бессмысленных споров даже в спокойном тоне, а уж когда приходилось напрягать голосовые связки, и подавно. Все четыре наших пассажира спокойно стояли в боксах, пожевывая сено. Я похлопал их по шеям, удостоверился, что они в порядке, и уже подумывал, не пойти ли мне в кабину пилота, чтобы сменить общество на более дружеское, как тут опять возник Билли.

– Эй! – крикнул он, помахивая мне одной рукой и показывая другой в хвост самолета.

 – Погляди-ка, что там?

На лице его была тревога.

Я протиснулся между стеной самолета и боксом и оказался рядом с Билли. Как только я подошел к нему, тревога на его лице перешла в злобу.

– Ты только посмотри, – повторил он и ударил меня кулаком в живот.

За время весьма вялой академической карьеры в Итоне, если к чему-то я действительно и проявил талант, так это к боксу. Потом я перестал тренироваться, но за эти восемь лет все защитные рефлексы прекрасно сохранились.

Неожиданный удар Билли не застал меня врасплох, я успел увернуться и потому лишил его шанса добить меня вторым ударом в челюсть или ребром ладони по затылку. Вместо этого он сам получил неплохой удар по ребрам. Он был удивлен, но это его не остановило. Скорее, наоборот, подхлестнуло. Он, похоже, даже обрадовался.

Самолет в воздухе – не самое удобное место для боксерских поединков.