Я люблю тебя, Солдат

Раз обнаруженные нами люди не имеют погонов, то, знамо дело, они есть самоделишные красные, за власть Тоцкого выступают (он немного ошибся в фамилии, пропустив в ней одну букву, так как слышал её всего один раз). Сторонники их сейчас у власти в первопрестольной, в Кремле сидят. Хотя в точности я в этом не уверен. Возможно, их уже выбили оттудова, но год назад они точно у власти находились. Они, вроде как, за рабочих и бедных крестьян выступают. Мне шептали знающие люди, что ихние руководители приказали всю землицу у господ забрать и поровну промеж бедных крестьян разделить.

А господам это не понравилось и они быстрёхонько войной на бедняков полезли. А погоны они себе не нашили потому, наверное, что считают погоны излишней роскошью и тратиться на них не хотят. И Армия их Красной называется, а самих бойцов красноармейцами кличут потому, что под Красным флагом они сражаются. Красный цвет, по их разумению, это цвет пролитой за бедных людей крови. А враги ихние есть белые потому, что Белый цвет считается цветом Святой Руси. Так-то вот».

Тогда один из жителей показал подобранный им шлем и с интересом спросил:

«А как этакая штуковина называется?»

Председатель, почесав в затылке, задумался, видимо, пытаясь вспомнить мудрёное название головного убора. А затем, стукнув себя по лбу, уверенно проговорил:

«Вспомнил. Этакая штуковина зовётся у них «богатырка» или «фрунзевка» (председатель тогда не знал, что самым распространённым названием этого головного убора станет «будёновка»).

Очень не хотелось вмешиваться жителям скита в политическую вражду, очень не хотелось выдавать месторасположение скита. Но, как было отмечено, староверы люди добрые, не могли бросить на произвол судьбы раненых. Стали лечит их по-своему, отпаивая специальными настоями, прикладывая к ранам целебные травы. Тем не менее, как ни старались местные лекари, двоих спасти так и не удалось, но трое красноармейцев всё-таки выжили. Окрепнув, они сразу же стали уговаривать общинников вступить в Красную Армию, чтобы громить мировую контрреволюцию до её полного уничтожения.

Собрался для решения этого принципиального вопроса общинный Совет. Спорили до хрипоты, но так ни к какому выводу не пришли, поскольку выжившие красноармейцы вместо благодарности продолжали упорно агитировать односельчан за Советскую власть. Эта власть, по их твёрдому убеждению, несёт полное освобождение всему трудовому народу.