Торговец счастьем

 – Главное – результат.

Коул призадумалась. В голове тут же возник образ Врабье, чьи методы воспитания были хоть и фанатичными, но весьма эффективными и приготовили её к взрослой жизни.

– Чем жёстче, тем лучше, – прошептала Коул и присела.

– Вам лучше поспать. Вы ещё слабы, – начал было Стром, но Коул выстрелила в него злобным взглядом.

– Отвали, я в туалет! – прошипела она раздражённо.

– О… я принёс на этот случай ночной горшок, – прошептал дворецкий и тут же прикусил язык.

Вставшая с кровати Коул посмотрела на дворецкого таким взглядом, что он тут же решил отшагнуть назад.

Уже на выходе из комнаты Коул заметила, что на ней чистая одежда. Видимо, Мерил переодела её. Завершив свои дела и уже направляясь в спальню, Коул услышала смех подруги.

– Чего?! – прошептала она и пошла к лестнице.

– Так я победил Сороконожку из Цельпена, – рассказывал Полумесяц.

– Невероятно! Вы шутите! – отвечала Мерил, заливаясь звонким смехом.

– Нет. Честно! У него было сорок лап, такие маленькие и острые.

Мерил снова захихикала.

Коул спустилась по лестнице на первый этаж и увидела подругу с иглоликим.

– Я вижу, вы тут веселитесь, – холодным голосом произнесла Коул.

Мерил тут же кинулась обнимать подругу, а Полумесяц лишь криво улыбнулся.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила Мерил. – Не болит? Голова не кружится?

– Плохо. Болит. Кружится, – буркнула Коул, сверля глазами нового наставника. – Иди в кровать. Я сейчас приду.

– Но мы… – пыталась что-то сказать Мерил, но грозный взгляд подруги отбил у неё желание спорить.

– А она миленькая, – сказал Верман, когда Мерил поднялась на верхние этажи. – Весёлая. Такая хохотушка.

– Заткнись, ублюдок! – сквозь зубы прошипела Коул.

– О! Кто-то разозлился? – Полумесяц склонил голову, его ухмылка стала чуть шире. – Отныне я твой злейший враг. Я буду учить тебя, буду злить, провоцировать. Мне не нужно твоё уважение, послушание или любовь. Мне нужна твоя злоба, хитрость, скрытая в тебе сила.

Он накинул на плечо свёрток с мечом и направился к выходу.

– Я понял, – сказала Коул, когда тот уже стоял у двери. – Неделя, месяц, неважно, сколько пройдёт времени, но я докажу тебе. Воткну в тебя твой же собственный меч.