Ода Вене

Ода Вене

Александр Иванович Бураков

Прекрасная эпоха еще никогда не была такой заманчивой. Тысячелетия развития человечества не прошли даром. Не обошли они и Вену. Перед читателем – не просто город. Это личность, имеющая свои чувства и мысли, свои превосходства и недостатки. И теперь каждый может окунуться в романтику довоенной Австро-Венгерской Империи и понять, чем жило это государство.

Утро стояло ясное. Ветви деревьев слегка качались на ветру, колоски, не попадая все в один ритм, танцевали вслед за ними, следуя правилам этикета равнин.

Деревянные ставни, закрывавшие окно, начинали греться на лучах светила. Свет пробивался между пробелами досок в комнату, нежно спускался на пол, кровать, образуя аккуратные, и в то же время совершенно небрежные полосы. Белые пелена, закрывающие местами окна, выполняя роли штор, пытались хоть немного остановить все наступающие лучи. Но, у них это удавалось не очень удачно.

На полу стояло корыто с водой, постель моя была неважна; после того, как я просыпаюсь, она всегда сбита и взъерошена. На стенах играли солнечные зайчики, за окном ветер шуршал лепестками цветов, стоящих в кадушке подоконника.

Вдруг отворилась дверь:

– Доброе утро, хозяин, – зашёл небольшой человек. Он был мал ростом, среднего возраста, его полуседые волосы были аккуратно прибраны, лишь только на макушке оставался клок растрёпанных прядей.

– Вы просили разбудить вас в восемь, сэр, – немного заробел он.

– Да, большое спасибо, Ганс. Вы все сделали верно.

– Хорошо, – добавил он и начал пятиться к двери, – спускайтесь, скоро будет завтрак.

– Прекрасно.

После моих слов Ганс удалился, а я принялся готовиться к насыщенному дню.

В столовой меня ждал большой стол, убранный белой скатертью, вокруг которого были расставлены шесть стульев. Ганс суетился, принося тарелки с моим завтраком.

– Прошу, приятного аппетита, – добавил он.

– Спасибо.

Ганс был моим слугой, которого я нанял, когда переехал в город. Он всегда помогал мне с делами по дому, да и вообще, как мог организовывал мой быт.

Я принялся завтракать. Лишь только я приступил, как во входной двери раздался стук.

– Господин Бейст! Вам письмо, откройте.

Стуки в дверь.

– Да откройте же, куда подевались все слуги?

Вдруг Ганс спохватился со своего места и поспешил открыть дверь.