Хроники Кан'Родана. Семья «ночной песни»

 – беспристрастно ответил ему Хейс, даже не наградив взглядом в его сторону.

Это сильно задело Лео. Он, конечно, всегда знал, что Хейс – совершенно бесчувственный человек, но не предполагал, чтобы настолько. Ему было словно совершенно плевать на всех, кто его окружал сейчас или годом ранее. Для него единственный интерес представляли деньги, которые он исправно зарабатывал.

– Тебе серьёзно настолько на нас всех наплевать? – неожиданно для самого себя спросил Лео, переведя обиженный взгляд на своего прямого начальника.

– Да. – совершенно спокойно ответил он, выкидывая окурок на улицу и закрывая окно. Он встал напротив Леонарда, глядя ему прямо в глаза. – Не могу себе позволить привязываться к кому-либо. Потом больно отпускать.

Лео даже слегка опешил от слов Хейса, делая пару шагов назад. Как бы жесток и колок не был его ответ – аргумент свободно покрывал всё сказанное, не вызывая даже малейшего желания оспаривать правоту «мозга» банды.

Хейс лишь мирно кивнул, увидев реакцию своего товарища, после чего пошагал в сторону дверей.

– Через десять минут собираемся на первом этаже. Никто, кроме тебя и команды не должен об этом знать. На тебе и сбор всех остальных. – едва слышно сказал Хейс, обернувшись обратно к Лео.

Здесь даже у стен были уши.

Леонард лишь мирно кивнул ему в ответ, после чего Хейс свободно вышел, проходя коридор со скрипучими половицами и спускаясь по ветхой лестнице на первый этаж их небольшого замка: именно такое ощущение он вызывал у всех, кто жил здесь.

Леонард лишь мирно вздохнул, выходя из комнаты и закрывая за собой дверь на ключ, что Хейс оставил в замке с внутренней стороны: здесь комната, что не была заперта, сразу становилась достоянием общественности, что сразу позволяло каждому зайти к тебе в гости и взять то, что первое попадётся на глаза.

Ключ дважды повернулся в замке, после чего послышался тихий звон, которого Леонард никогда не мог понять: едва слышный, очень быстрый звон словно внутри двери. Что за ним могло скрываться, учитывая, кому принадлежала эта дверь?

Он мирно поплёлся дальше по коридору, пока не дошёл до комнаты, в который поселили Ванессу.

Ему всегда было жаль эту девушку.