Хроники Кан'Родана. Семья «ночной песни»

Она обвела взглядом всех остальных: каждый из них осматривал тела, поднимая с последних оружие, если то представляло ценность и собирая различные украшения, как и Сгины – банкноты, использовавшиеся в Кхильдоне в качестве валюты. Порой принимали даже те, что были переляпаны кровью.

– Я смотрю, ты тоже не забыла про этот древний обычай. – спокойно сказал он, указывая пальцем одной руки на её сумку, из которой выглядывали несколько револьверов явно ручной работы, о чём Эфариэль наверняка поняла, раз взяла их с собой.

– Это для работы. – словно обиженно сказала она, поднимаясь на ноги и отходя в сторону.

«Для работы. У тебя всё для работы, Эфа.» – промелькнуло в голове Хейза.

Он наконец поднялся на ноги, похлопав в ладоши, чем привлёк внимание всех своих товарищей.

– Я думаю, нам…

Но не успел он договорить, как Эфариэль вскинула свою винтовку и нацелила её на неизвестную цель у него за спиной.

Наконец, спустя долгую секунду и он услышал тяжёлые шаги и звук цепей, тянущихся по мощёной дороге. Хейс резко развернулся, ловко выхватив в каждую из рук по клинку.

Прямо перед ними стояли пять человек: два слева и два справа ничем не отличались, простые уличные бойцы, просто немного обстрелянные, а вот по центру стоял давний знакомый «Воронов» – Уэйд Мясник.

– Хейс, дружище! Своих молокососов выгуливаешь? – прокричал он издалека, подавая своим ребятам сигнал стоять.

Сам он весил не меньше 130-140 килограмм, однако и ростом его не обделили – это был шкафчик не меньше 2 метров в высоту, одетый в красную рубашку и чёрные брюки. Ходили слухи, что рубашка красная для того, чтобы на ней не было видно следов крови, а также другие слухи, что именно из-за них она и красная. Не рассчитывают на то, что он их меняет: из-за того, что от него постоянно жутко воняет. Даже сейчас, когда их разделяло не меньше десяти метров, Хейс чувствовал этот противный, неизменный запах.

Его огромное лицо, но на удивление ровное, без морщин, язвительно ухмылялось над ребятами, особенно – над Гельвихом. На вид он был старше каждого из них не меньше, чем на лет десять.

– Привет-привет, Уэйд. Ты же говорил что из «Воронов» уходишь из-за того, что надоела тебе бандитская жизнь, разве нет? – спросил Хейс, начиная слегка отходить в сторону.