Сюрприз для рыжего

– Чтобы этот с бритой грудью снова притопал к тебе? Мне показалось, ты была бы не очень этим довольна.

– А мне кажется, ты пытаешься воспользоваться ситуацией. Давай, живей, мне завтра в Псков лететь.

Леший снова хмурится.

– Надолго в этот раз?

– Не знаю. Без обратного билета пока.

– Викец, тебе надо отдохнуть. Ты ещё с прошлого раза не очухалась. Давай поужинаем, налью тебе ванну, сделаю массаж. Во сколько завтра рейс?

Ужин, ванна, массаж… Внезапно мне просто до умопомрачения хочется, чтобы кто-то за мной поухаживал.

А когда это предлагает горячий рыжун, на которого даже посмотреть приятно?

– Ладно, только никакого секса, ясно? А то знаю я, к чему обычно вы такие добренькие.

Леший обиженно поднимает ладони.

– Я сейчас тебе приготовлю лучшие в мире стейки из лосося. Минут двадцать как из «Лавки» доставили.

Пока Лёша орудует на моей кухне, усадив меня на стул, – неплохо обжился, кстати, притащил каких-то специй в стеклянных бутылочках, купил сковородку-гриль, принёс блендер для мерзкого зелёного смузи, он рассказывает о последних событиях из жизни.

Мне как-то странно уютно.

Маша бросила Лиса после того, как узнала об его отвратительном пари с Маргаритой Кашириной. Я уже слышала об этой истории и интересно послушать другую сторону. Вообще, эти хоккеисты, насколько я успела понять, просто большие мальчики, рано вырванные из своих семей и имеющие о жизни крайне поверхностное впечатление.

Вот один стоит передо мной с деревянной ложкой наперевес, думает, что пролез в мою жизнь и вовсю пытается в ней обосноваться.

Будь я помоложе, поиграла бы в любовь, потискала бы горячее тело, от которого почти насквозь промокли мои трусики. С удовольствием потом прошлась бы по пожухшему эго.

Да только зачем давать надежду малышу? Алан прав, я всё знаю про этих мужчин, пытающихся пролезть ко мне под юбку. Вскоре он скажет «я тебя люблю», побежит покупать колечко с ярким камушком и изо всех сил начнёт надеяться на «жили долго и счастливо» со мной. Неспособной дать им то, что они хотят, не верящей в это самое «долго и счастливо».

Рано или поздно, один из нас однажды сбежит из семьи, устав от ответственности и забот. Так зачем мне это всё?

Засыпая под ловкими, сильными пальцами Лешего, разминающими мои расслабленные после лавандовой ванны мышцы, я командую, едва ворочая языком от усталости:

– Чтобы утром тебя здесь не было.

– Ага! – легко соглашается Лёша.

Конечно, я ему не верю.

И мне, почему-то, тепло на душе.