Кровавый рассвет

Он часто перебирается из города в город, чтобы люди, в конце концов, не обнаружили его логово.

– Нет, это какая-то ерунда! – махнула рукой Анна. Она не верила в вампиров и смеялась с тех, кто утверждал, что они существуют.

– Да? – произнес иронично Джеймс. – Тогда как ты объяснишь то, что его не взяли пули, а вот когда он заметил кол в моих руках, то жутко испугался?

Анна задумалась. В его словах был смысл, и она не могла противоречить фактам – убийца действительно испугался кола, в то время как на ружье не обратил никакого внимания, будто оно стреляет пылью, а не дробью.

– К тому же, вампиры не выносят солнечный свет, именно поэтому они выходят на охоту ночью, – пояснил Джеймс. – В сумерках они лучше видят жертву, прекрасно ориентируются даже в незнакомой местности и быстро соображают. В редких случаях они могут выйти и днем, но только если очень пасмурно и туманно.

– Ну хоть днем можно не опасаться его! – облегченно вздохнула Мэри.

– Похвально, что ты умудрилась найти что-то хорошее во всем этом, – усмехнулся Джеймс, но тут же нахмурился.

– Откуда ты столько всего знаешь о вампирах? – спросила заинтересованно Анна.

Джеймс, почесав свою короткую черную бороду, ответил:

– Мне многое рассказал дед. Именно он однажды столкнулся с убийцей и ухитрился остаться живым. Он шел с огорода домой, тащил с собой лопату. Солнце уже зашло за горизонт и на улицу опустились легкие сумерки. Навстречу ему из-за угла дома вышел очень высокий мужчина в темном плаще и тут же накинулся на него.

Он был необычайно силен, но дед сумел увернуться и ударил его лопатой по голове. И, представьте себе, тот даже не пошатнулся!

– С ума сойти! – поразилась Мэри, взяв под руку рядом сидящего Виктора, который тут же просиял от счастья. С того самого момента, как он бесстрашно защищал их, она поменяла свое мнение о нем и тут же забыла про Джеймса.

– Да! – согласился Джеймс и продолжил свой рассказ: – Когда дед ударил его второй раз и угодил по плечу – лопата разломалась на две части.

У деда в руке осталось что-то наподобие деревянного кола. Он тут же нашел ему применение – всадил кол мерзавцу в грудь. Но в сердце не попал, а чуть правее взял. Дикий вопль тут же вырвался из его груди, конвульсии прошлись по его телу, будто в него молния попала, а через пару секунд он, как арабский скакун умчался так быстро, что его вскоре и след простыл. Вот тогда дед и понял, с кем имел дело и что это был не человек, а вампир. И вот, спустя полвека, он вернулся.