Пробужденные

Медленно поставив ведерко на стол, я вытянулась стрункой, пригладила одежду и пошла в комнату, стараясь выглядеть спокойно. Впрочем, стоило мне выйти за пределы видимости мамы, я побежала наверх, перепрыгивая ступеньки.

Мама была права, телефон звонил, и мелодия была не из тех, что оповещает о звонках подруг. Я несколько раз прорепетировала «Алло», чтобы снова не закричать, и сняла трубку.

– Да?

Вот черт.

– Дайен, привет, это Брайан. У тебя все в порядке?

– Э-э-э… да! Все просто отлично!

Я скорчила недовольную гримасу себе в зеркало.

Хорошие ответы разбежались с мыслями по углам, а голос никак не выравнивался. Еще и язык занемел от мороженого.

– Дайен, – как-то серьезнее сказал Брайан. – Прости, что подвел тебя.

– Ты? Меня?

– Да. Мы ведь договаривались на восемь. Но я застрял в пробке, а мне очень не хотелось говорить с тобой, отвлекаясь на посторонние вещи. Сейчас уже почти девять. Мне стоило написать смс, предупредить. Прости.

– Хм… да, вероятно так было бы приличнее. Договор ведь штука такая, непреложная.

И откуда это я такие умные слова знаю?

– Я могу загладить свою вину?

– Обсудим это позже, я подумаю.

– Договорились, – Брайан перевел дыхание. – Ну как, ты поговорила с мамой? Ты не брала трубку, я подумал, что ты таки сбежала. Или разозлилась на меня и решила не отвечать.

– Телефон был в комнате, а я на кухне.

– Так ты поговорила с мамой? У тебя… не могу понять по голосу, в каком ты состоянии.

Я усмехнулась.

– Я и сама не очень-то понимаю, какое оно, – честно ответила я и легла на кровать.

 – А разговор получился очень… легким. Мама сказала, что у меня талант учиться на своих ошибках и что на этой я тоже чему-то научусь. Так что меня все еще ждет летняя зубрежка и осенняя попытка реабилитироваться.

– Это же прекрасно?

– Да, вероятно.

– Тогда я могу сказать, что все будет хорошо, и что у тебя все получится?

– Нет, от этого все же лучше воздержаться, – я усмехнулась, и Брайан тоже.

– Тогда что ты хочешь от меня услышать?

Я замолкла и стала искать ответ.

Потому что единственное, что меня на самом деле интересовало, это почему он вообще говорит со мной. Но спрашивать об этом не стоило.

– Дайен?

– Да?

– Ты замолчала. Что-то случилось?

– Ты так часто спрашиваешь это, что определенно что-то случится.

– Прости. Просто… у тебя изменился голос. Я слышу, что тебя что-то беспокоит. Ты поделишься со мной?

– Знаешь, я… Ладно, слушай, – я уселась, прислонившись спиной к стене.