Последний день на Земле

Он сразу же крепко обнял дочь, а она, целуя его лицо, кричала: «Папа, мамы больше нет!». Его губы вздрогнули, он нахмурился и еще сильнее прижал к себе дочь, так похожую на него.

Семья в неполном составе воссоединилась, и мы с Мариной и Лешей, оставив их, вернулись в подъезд. Леша продолжил отмыкать двери и проверять жилище на наличие людей. В одной из квартир на седьмом этаже мы вытянули из опрокинутого на пол шкафа перепуганного до смерти шестилетнего мальчишку. Его бабушка лежала на кухне без сознания.

– У нее, скорее всего, черепно-мозговая травма, – осмотрев голову, предположила Марина.

Леша вынес женщину во двор, и когда она пришла в себя, то сразу спросила о внуке.

– Бабушка, я здесь! – мальчик наклонился к ней и поцеловал в щеку.

– Слава богу! – выдохнула она с облегчением.

– Слава Леше! – произнесла я, но она меня не услышала, так как была целиком поглощена внуком.

Мы возвратились в свой подъезд и помогли выбраться на улицу еще нескольким людям.

В некоторых квартирах двери вылетели на лестничную площадку, но внутри никого не оказалось. Обойдя все этажи, нам осталось проверить лишь наш девятый. Первым делом мы забарабанили в дверь Петра Николаевича. Это был восьмидесятилетний сосед Марины – упрямый и своенравный старик. Его квартира была в конце коридора по правую сторону.

– Подите вон, стервятники! – услышали мы из-за двери.

– Стервятники? – даже Леша растерялся от такого вежливого приветствия. А ведь он сидел в тюрьме и многое повидал.

Я снова постучала. Дверь резко распахнулась, и на пороге нарисовался Петр Николаевич в полосатых семейных трусах. Оскалив свой почти беззубый рот, он потряс в воздухе морщинистым кулаком и крикнул:

– Что, грабить меня пришли? – выпучив на нас глаза, он угрюмо покосился на Лешу. Он узнал его и решил, что тот вернулся к старым делишкам.

– Мы пришли вас вывести, глупый старик, – не сдержался Леша, обиженно поджав губу. Его можно было понять: он помог выбраться на улицу многим людям из нашего подъезда, но ни один из них так и не поблагодарил его.

Все были напуганы и истерзаны – всем было не до этого.

– Не нужно меня выводить, – на худом лице нашего соседа начали нервно подпрыгивать седые косматые брови. Он глянул сердито на Марину и повторил: – Не нужно меня выводить… Не надо меня трогать, иначе я вызову полицию!

– Нет уже никакой полиции, – ухмыльнулся Леша и обратился к нам: – Пошлите отсюда.