Секрет Каролины

Померяйте на размер больше, ни к чему передавливать все органы в брюшной стенке!» – советовала она снисходительно. Покупатель, багровея от злости, с досадой отвечал ей: «Это, вообще-то, пояс для похудения, дамочка!.. Он и должен утягивать, а не болтаться на теле как тряпка! И вообще, вашего совета здесь никто не спрашивал!». Антонина Павловна с невозмутимым лицом отходила в сторону и ждала свою следующую жертву. Казалось, ничего на свете не могло задеть ее или обидеть, несмотря на то, что она по своей воле постоянно ввязывалась в споры с другими покупателями.

Каролина каждый раз в подобной ситуации старалась охладить пыл своей незадачливой покупательницы, и как можно тактичнее намекала ей на то, что консультант здесь она, а не наоборот и ей виднее, что и как мерить.

Взглянув на часы, Каролина увидела, что уже девять тридцать. Нужно было поторопиться, ведь помимо Антонины Павловны, после обеда должен был заявиться директор. День обещал быть не из легких. Смирнов считал своей священной обязанностью каждый раз отчитывать ее, как нерадивое дитя за огрехи в работе, которые заключались в том, что она не так, как следовало бы, расставляла товар на полках и вечно что-то роняла своими неуклюжими руками.

Каролина с маниакальной точностью все делала по его указке, но когда он на следующий день приезжал, чтобы проверить, как идут дела, ему снова что-то не нравилось.

– Не переживай, ты не виновата в том, что наш директор, – высокомерный сноб! – попыталась успокоить Каролину санитарка Лена, которая, находясь поблизости с ней, протирала витрины.

Ей было девятнадцать лет, она училась на ветеринара и подрабатывала в аптеке.

Каролина, выставляя на полку тонометры, развернулась к ней и с заговорщицкой улыбкой ответила, прижав указательный палец к губам:

– Не забывай о том, что у нас видеокамеры со звуком, а ты сейчас стоишь прямо под одной из них. Смирнов, как известно, иногда просматривает камеры. Не хочу, чтобы у тебя были проблемы.

Лена, сощурив хитро свои небольшие карие глаза, трухнула копной коротких темно-русых волос, в которых затесалась яркая синяя прядь и сказала равнодушно:

– Ну и пускай слушает! – она демонстративно откинула тряпку и с вызовом добавила, глядя прямо в камеру: – Тоже мне царь! Пусть научится со своими работниками нормально общаться.

Самый настоящий хам и грубиян, иначе не скажешь!.. К тому же это не та работа, которую я боялась бы потерять…

– Это точно! – подхватила ее мотив рядом проходящая Мария.