Ромашки в снегу

– Взвесь мне, доченька, триста грамм картошки и положи в кулечек несколько небольших бурячков! – попросила она на удивление ясным моложавым голосом.

– Хорошо, бабуля, сейчас все будет! – Света подмигнула женщине и стала собирать для нее набор для борща. Она ловко раскидала по кулькам капусту, морковь, свеклу, лук, килограмм картошки и немного петрушки.

– Девочка, я же этого не заказывала! – пенсионерка смотрела на Свету с изумлением и испугом. – У меня и денег на все это великолепие не хватит…

– А мне и не нужны ваши деньги, это вам подарок к Новому году, сварите себе сытный борщ! – Света махнула рукой и подала ей пакет с овощами.

– Так до Нового года еще… – пенсионерка запнулась и вдруг заулыбалась. Но потом опомнилась, поставила пакет на снег и выгребла из кошелька все свои немногочисленные копейки.

– На, возьми все, а остальное я тебе со следующей пенсии отдам… Она у меня через пару дней, – старушка протянула мелочь и высыпала ее на весы. – Ты ведь из-за своей доброты потом со своего кармана платить будешь!

– Не беспокойтесь об этом и заберите деньги обратно! – Света собрала монеты в ладонь, затем протянула их пенсионерке.

Женщина колебалась. От смущения она покраснела и опустила глаза в пол. Искушение сварить, наконец-то полноценный борщ, было велико, но внутренний голос не усыплял ее совести.

– Нет, оставь эти деньги себе, – она отпрянула от прилавка и начала удалятся.

Но Света не собиралась так легко сдаваться. Она уже была по-жизненному мудра и могла отличить притворщика от человека, который действительно жил в нужде. Семь лет самостоятельной жизни после интерната и училища, наконец, научили ее «видеть» людей такими, какие они есть на самом деле.

Догнав пенсионерку, Света с упрямой силой всунула монеты обратно ей в руки.

– Берите и не упрямьтесь! – произнесла строго она и, развернувшись, поспешила в свой ролет.

– Добрая ты душа! – выкрикнула женщина и даже немного прослезилась. – Спасибо тебе, я все равно буду тебе должна…

– Чего уж там!.. – смущенная Света махнула рукой и спряталась за прилавком. От своего порывистого поступка у нее даже закружилась голова, и она с радостью вдруг осознала, как иногда приятно помогать людям, особенно тем, кто действительно нуждался в помощи.