Ведьмина неделя

Говорить она не решалась, боясь, что стоит открыть рот – и опять ее понесет описывать еду!

Мисс Кэдвалладер говорила, Чарлз волей-неволей отвечал, одновременно пытаясь есть маринованные помидоры (именно помидоры, а не освежеванных мышей!) одной вилкой, без ножа. В конце концов все это стало казаться ему утонченной пыткой…

Чарлз подумал, что для мисс Кэдвалладер тоже надо подыскать кодовое обозначение. Может быть, это она будет «рагу в горшочке»? Ведь невозможно, чтобы подобный ужас происходил с ним чаще чем раз в месяц, – это было бы уж слишком! Но тогда надо придумать слово для Нэн…

Рагу унесли.

Чарлз почти ничего не съел. Мисс Кэдвалладер все говорила и говорила о городских достопримечательностях, потом перешла к особнякам и замкам графства, и наконец принесли пудинг. Пудинг, белесый, бледный, тающий, трепетал на тарелке, и белые зернышки в нем казались букашками в янтаре… (Ой, мама, Нэн Пилигрим, оказывается, заразная!)

И тут Чарлз понял, что нашел обозначение для Нэн!

– «Рисовый пудинг»! – воскликнул он.

– О да, это так вкусно! – улыбнулась мисс Кэдвалладер. – И питательно!

Тут произошло невероятное: мисс Кэдвалладер протянула руку и взяла вилку. Чарлз вытаращил глаза. Она что, собирается есть полужидкий пудинг вилкой? Но именно это и случилось…

Директриса подхватила вилкой кусочек пудинга и понесла его ко рту, роняя молочные капли.

Чарлз тоже взял вилку, медленно занес ее над тарелкой и покосился на Нэн с Нирупамом. Они глазам своим не верили…

Нирупам с несчастным видом уставился в тарелку.

Тающий пудинг вот-вот собирался перетечь через край.

– В «Тысяче и одной ночи» есть история о женщине, которая ела рис по зернышку булавкой, – убитым голосом сообщил он. Чарлз в панике покосился на мисс Кэдвалладер, но та беседовала с лордом. – Оказалось, что эта женщина – упырь, – продолжал Нирупам. – Каждую ночь она наедалась до отвала мясом мертвецов…

Чарлз покосился в другую сторону – на Нэн. – Ты что, дурак? – зашипел он. – Она же сейчас опять начнет!

Однако оказалось, что одержимость оставила Нэн.

Она склонила голову к тарелке и прошептала – так тихо, что ее слышали только мальчики:

– Глядите, мистер Уэнтворт ест ложечкой! – Думаешь, можно? – прошептал в ответ Нирупам.

– Я тоже буду, – решился Чарлз. – Есть хочу!

Они взялись за ложки. Когда обед наконец закончился, бедняги в ужасе обнаружили, что мистер Уэнтворт подзывает их к себе. Однако оказалось, что ему нужна только Нэн.