Эффект искажения

Даша подошла к сияющему чистотой окну, взглянула вниз, на окружающий клинику парк, ровные, посыпанные песком тропинки, по которым неспешно прогуливались люди – то ли пациенты, то ли просто отдыхающие.

– Прекрасный вид, правда?

Даша вздрогнула от неожиданности и обернулась: в дверях стоял Рэм Петрович – усталый, но спокойный и улыбающийся. На нем был хирургический костюм, на шее болталась маска – видно, профессор прошел в кабинет прямо из операционной.

– Все хорошо, Дашенька, – произнес он, встретив молящий, полный надежды взгляд девушки.

– Можно к нему?

Даша почувствовала, как глаза наполняются слезами, но уже ничего не могла с этим поделать: накопившееся напряжение требовало выхода.

– Он сейчас спит. – Рэм Петрович взял девушку под руку, усадил на диван. – Ну хватит, хватит, милая. Все закончилось.

Даша судорожно рылась в сумке в поисках салфеток. Профессор галантно подал ей белоснежный шелковый носовой платок.

– Успокаивайтесь, а я пока схожу переоденусь.

Он вышел и вскоре вернулся уже в безупречном деловом костюме.

– А не перекусить ли нам, а, Дашенька? Обязательно надо перекусить!

Он подошел к столу, нажал на кнопку селектора.

– Оля, сообрази нам что-нибудь… – Рэм Петрович выразительно помахал рукой, словно неведомая Оля могла увидеть его жест.

Очевидно, служащие клиники привыкли понимать не только жесты, но и интонации профессора: спустя несколько минут в кабинет впорхнула уже знакомая Даше медсестра с подносом в руках и принялась расставлять на столе кофейник, чашки и тарелки с закусками.

– Угощайтесь, – радушно предложил Рэм Петрович. – И, пожалуй, нам с вами сейчас это необходимо…

Он достал из шкафа изящный хрустальный графин и два широких бокала. Увидев коньяк, Даша попыталась было отказаться.

– Не считайте меня чудовищем, способным спаивать ребенка, – рассмеялся профессор, плеснув на дно бокала совсем немного. – Это Реми Мартен, Луи Тринадцатый – божественный напиток. Он успокоит вас и придаст сил.

Даша поднесла к губам бокал, вдохнула насыщенный аромат, пригубила, и ей действительно показалось, что медленно разливающееся по телу приятное тепло освежает и успокаивает.

– А ведь я заочно знаком с вами, Дашенька, – говорил между тем Рэм Петрович, придвигая девушке тарелки с сыром, икрой и пирожными. – Да-да, наслышан…

Стараясь разрядить напряжение, профессор нарочно не упоминал о случившемся, развлекая девушку беседой:

– Денис о вас на днях рассказывал.