Хлеб наш насущный

Шёлковая миниатюрная косметичка была на дне сумки, Илона не заметила, что она оказалась открытой и вся косметика с грохотом посыпалась на кафельный пол.

Всегда собранная и пунктуальная, она была недовольна своей неловкостью в этот момент. Помады катились, как биллиардные шары в разные стороны, пудреница отлетела к противоположной стене оставляя за собой бархатистый шлейф из бежевых раздробленных кусочков пудры.

– Чёрт! Какая же я всё-таки, идиотка! – она посмотрела на часы – 11:55. – И снова совпадение цифр, – бормотала Илона.

Закатив узкую юбку, начала быстро собирать косметику с пола.

Зеркало в пудренице раскололось на мелкие осколки.

– Ах! Плохая примета, – прошептала она, аккуратно поднимая с пола разбитую пудреницу. Выбрасывая в урну осколки зеркала, Илона уколола палец, кровь капнула на кафель. – Чёрт! Илона облизнула палец, солёная кровь вызвала тревогу.

– Так! Мне нужно собраться и не обращать внимания на все эти глупости. – вздыхала она, собирая разбросанную косметику по всем углам уборной.

Илона одёрнула юбку, поправила приталенный пиджак и быстро навела порядок в сумке. Посмотрела в зеркало и аккуратно подвела губы персиковой помадой.

В уборной, эхом послышались какие-то отдалённые голоса.

Сначала Илона не обратила внимание, но вдруг она расслышала родную корейскую речь и замерла на мгновенье. Голоса доносились из вентиляционной шахты мужского туалета. Диалог мужчин ей показался странным, затаив дыхание чисто машинально, как журналист она включила диктофон на своих смарт часах.

– У нас есть ровно пять минут до окончания первой сессии.

– Если буддийский монах познает вкус мяса, в храме не останется ни одной блохи. Пора разделать эту тушу и вывести всех блох.

– Уж кто-кто, а ты в мясе знаешь толк, братишка!

– Отличный фарш получится, когда тут всё взлетит на воздух, а то мы здесь как собаки в доме, где проходит траур. И никто не кинет кости под стол.

– Главное, не познать после этого горький вкус организации.

– Не переживай, до тебя не горечь дойдёт.

– Давай быстрей! Быстро! Что ты там возишься?

– Да, подожди. У меня руки начали дрожать.

– Всё. Готово. Отсчёт пошёл!

Послышались быстрые, ритмичные шаги двух человек, скрип двери и тишина.

Илона стояла, как вкопанная перед зеркалом, помада с грохотом упала на пол. Резко развернувшись, она столкнула сумку, бумаги разлетелись, а бейджик с её именем закружился по кафельному полу.