Все твои грязные секреты

Диего снова встретился со мной взглядом, и мои внутренности словно растеклись в лужицу у меня под ногами. Как раз в этот момент Робби коснулся моей руки под столом, и я вздрогнула. Он рассмеялся.

– Прости, что напугал.

Его рука оказалась холодной, хотя в комнате было тепло. Он поцеловал меня в щеку. Диего смотрел на нас. О боже. Как я переживу эту ночь?

– Умираю от голода, – сказала Прия, доставая что-то из сумочки. – Уф, я забыла взять с собой батончик с гранолой.

Диего подхватил с пола свой рюкзак.

– У меня где-то есть шоколадный. Хочешь?

Она отмахнулась от него.

– Нет-нет, все нормально. Но спасибо. – Пока она осматривала узорчатые серебряные блюда, расставленные на столе, Скотт Коулман – наш выдающийся любитель травки – ввалился в зал. На нем был его обычный костюм – черная куртка поверх черной футболки и драных джинсов. Комплект довершала черная вязаная шапочка.

Саша открыла рот.

– А ты что здесь делаешь?

– Подозреваю, то же, что и вы, – ответил Скотт. Он улыбнулся Прие, и та смущенно улыбнулась в ответ.

– Да быть не может, приятель. – Робби наморщил нос. От Скотта несло куревом. – Ты выиграл стипендию?

Скотт оттянул воротник своей кожаной куртки.

– Похоже на то.

– Чушь, – сказал Робби. Саша цокнула языком.

Ух ты. Похоже, сегодня никто не настроен общаться.

– Ребята, будьте вежливее, – попросила я, пытаясь настроить всех на более позитивный лад. – Может, он тайный гений.

Скотт подмигнул мне.

– Привет, Рыжая. Как дела?

– Бекона запасла.

Одобрительно кивнув, он вытащил из кармана сложенное письмо.

– Я получил вот это письмо. Там было сказано прийти сюда. Вот я и пришел.

– Но как ты прошел отбор? – спросила Саша, мило улыбаясь. – У тебя есть какой-то секретный талант, который ты от нас скрываешь?

– Не-а. – Скотт пожал плечами и, пошатываясь, направился к столу. – Но кому какая на фиг разница? – Он плюхнулся на пустой стул рядом с Прией и развернул обертку жвачки.

Саша поморщилась.

– Это не то место, чтобы…

Массивная дубовая дверь у меня за спиной громко хлопнула с такой силой, что вибрация отдалась в моей груди, а бокалы в буфете зазвенели. Все вздрогнули, а кто-то даже вскрикнул.