Волшебное наследство

У бабушки Клариссы от натуги развалилась прическа, изящные заколки и гребешки градом посыпались на Бабкины корни. А от всегдашней безупречной опрятности бабушки Сью не осталось и следа. Марианна подумала про себя, что трех слонов и то легче было бы поднять. Дядя Чарльз и четверо троюродных, оставшиеся грузить тележку Долли, бросились наверх на помощь, а за ними – дядя Ричард и дедушка Лестер. Но кровать все равно не желала сдвигаться и на волосок. В конце концов, когда все кто можно столпились вокруг кровати, шепча заклинание и напрягшись изо всех сил, Бабка зловредно ухмыльнулась и сняла свое заклятие.

Кровать подпрыгнула на два фута и полетела вперед. Все заспотыкались и зашатались. Бабушку Сью кроватью вынесло к двери и только на пороге отбросило в сторону. Больно притиснув ее к косяку, кровать вылетела в коридор второго этажа, повернула и застряла. Бабушка Кларисса высвободила бабушку Сью, наспех наслав чары, раздалось громкое «Чпок!», и кровать снова понесло вперед. Она мчалась к лестнице, и никто не поспевал за ней, кроме дяди Артура.

– Дурацкий вид, говоришь? – безмятежно улыбнулась ему Бабка.

И кровать понеслась по лестнице вниз, а дядя Артур кинулся со всех ног улепетывать, как был, спиной вперед. На площадке кровать грациозно повернула, отбросила дядю Артура вбок – он подпрыгнул на обширном животе, словно мячик, – и проскочила последний пролет, будто санки с горки. В передней раздался дикий мяв Фундука (тот, видно, опять сбежал и явился на старое место) – кот едва успел убраться с дороги.

Все, кроме дяди Артура, в ужасе свесились через перила и увидели, как Бабка со свистом вылетает в парадные двери и с оглушительным «Хрясь!» таранит автомобиль дедушки Лестера.

– Моя машина, моя машина! – взвыл дедушка Лестер и помчался за Бабкой.

– Хотя бы остановилась, и то радость, – сказал папа, когда все толпой ринулись следом за дедушкой Лестером. – Сама-то она цела? – спросил он, когда они увидели огромную вмятину в борту автомобиля, гору щепок и Бабку, которая лежала на спине – корни никуда не делись – все с той же безмятежной улыбкой.

– А что ей сделается! – ответил дедушка Лестер, ломая руки. – Только поглядите, что она натворила!

– И поделом тебе, – не открывая глаз, проговорила Бабка. – Ты сломал мой кукольный домик.

– Мне было пять! Шестьдесят лет прошло, кошмарная ты старуха! – простонал дедушка Лестер.