Клинок инквизиции

Андреаса сбил с ног потный толстяк, уселся на него верхом и принялся тузить по лицу. Дан схватился сразу с двумя парнями – оба были дохловаты, но кулаками работали активно.

– Добрые католики так не делают! – раздался вдруг полный скорби басовитый голос. – Остановитесь, во имя Господа!

Никто из учеников не обратил внимания на призыв. Тут один из противников Дана вдруг повис в воздухе, потом отправился в полет через всю казарму. Упав, уже не поднялся. Следом за ним полетел второй – в драку вступил флегматик Ганс. С причитаниями:

– Что-то будет, что-то плохое будет, Иисусе и Дева Мария.

 – Он расшвыривал дерущихся, словно щенков.

С прибытием подкрепления дело пошло быстрее. Дан с энтузиазмом помогал Гансу, тот постепенно продвигался к Андреасу, который уже освободился от толстяка и крутился волчком, отбиваясь от нескольких противников. Барон как будто не чувствовал ударов, только скалился и выкрикивал ругательства.

В свалке Дан заметил, как у одного нападавших на фон Гейкинга в руке что-то блеснуло.

Он прыгнул вперед, успел выбить у парня нож, которым тот целил в бок Андреаса.

– Что тут такое? – В казарму вошел брат Готфрид. – Все по местам!

Ученики тут же разбежались. Барон ловко подопнул нож, забив его под ближайший тюфяк.

Наставник долго разбираться не стал, назначил всем в наказание по три удара кнутом, приказал десять раз прочесть «Отче наш» и вышел.

Ученики по очереди двинулись на экзекуцию, поругиваясь и подсчитывая синяки. Дан решил, что торопиться некуда, и собрался снова улечься.

Но ему опять не дали поразмыслить.

– Ты спас мне жизнь, Клинок. – Андреас протянул руку. – Я твой должник. Позволь считать тебя другом.

– Согласен, барон. – Дан пожал маленькую ладонь.

– Я не барон, – словоохотливо пояснил Андреас. – Это всего лишь прозвище. Батюшка мой, достопочтенный Рихтер фон Гейкинг, да ниспошлет ему Господь долгих лет жизни, действительно носит баронский титул. Но наследует его, как и все состояние, старший сын Дитмар. В случае же смерти моего любезного брата у батюшки имеются в запасе еще два наследника.

Я – четвертый сын в семье. Не имея надежд на будущее, отправился зарабатывать золото и почести в рядах воинов Христовых. Но, думаю, изрядно промахнулся…

Дан рассмеялся.

– И ты, Ганс, – продолжил барон. – Для меня будет честью назвать другом и тебя.

Здоровяк молча кивнул и ответил крепким рукопожатием.

– Верность друзьям, смерть врагам! Таков родовой девиз фон Гейкингов, – торжественно подытожил Андреас.