Враг империи

Трусы и слабаки! Такие же жалкие, как и боги, которым они служат! Пора скинуть всю эту дохлятину туда, где ей самое место – в выгребную яму! Единобожие – вот что нужно стране! И он, Великий отец Падерик Третий, добьется его возрождения.

Между тем, пройдя через анфиладу богато изукрашенных комнат и оказавшись в мощеном разноцветными плитами дворе, отец Вельмарин тихо обратился к матери Лаурите:

– Что ты думаешь об этом?

– Да что тут думать, – вздохнула жрица. – Пока под темных копает, потом и за нас примется.

– Полагаешь, император даст добро?

– Даст, на уничтожение темных во всяком случае. И Совет против не будет.

– Неужто нас ждет возрождение храмовой стражи? – ужаснулся Вельмарин, сотворив перед собой жест, призывающий защиту Маннаина.

Лаурита медленно проговорила:

– И хотела бы я тебя утешить, да нечем. Тяжелые времена наступают, ты сам это понимаешь. Грядут войны, голод, несчастья. В такие годы народ принимается истреблять инакомыслящих, обвиняя их во всех бедах.

– Но как можно! – возмутился отец Дарсан. – Мы – жрецы богов, почитаемых в народе!

– Вспомните историю, друг мой, – кротко возразила Лаурита, – такое уже было однажды, не правда ли?

– Единобожие?! Падерик не посмеет!

– Ну, почему же? Настал удобный момент, а Великий отец спит и видит себя единственным властителем народных умов.

– Но наши прихожане никогда не позволят…

– Наши прихожане, – перебила его Лаурита, – пойдут за тем, кто сумеет их убедить в своей правоте.

– Что же нам делать?

– Пока подождем. Но только пока, – нехорошо усмехнулась жрица. – Думаю, в случае чего у нас найдется, что противопоставить Великому отцу.

– Война жрецов? – деловито спросила мать Варелия.

– Почему бы и нет? – безмятежно улыбнулась Лаурита.

Его высокопреосвященство в бешенстве мерил шагами свой кабинет. Вот, значит, как! Мало того, что они не поддержали его в стремлении избавиться от всех ненавистных магов, а лишь кинули, как жалкому псу, свое полусогласие на преследование темных. Мало того, что шлюха разговаривала с ним, как с ровней.