Эффект преломления

В общем, даже не пришлось представляться и показывать удостоверение. Я и без того обогатился множеством подробностей о жизни и смерти неведомого мне Федора Петровича. Правда, ничего по существу не узнал. Кроме того что вышел Петрович поздно вечером за сигаретами – вот не спалось ему, да так назад и не зашел…

– А ты чего хотел-то? – спохватился наконец один из поминающих.

– Спросить, где тут магазин поблизости. Проезжал мимо, хотел сигарет купить…

– Тоже сигарет, – насупился пьяненький толстяк.

 – Бросал бы ты это дело, парень. Курить вредно. За это вон даже убивают…

– Все будет хорошо, отец, – невпопад ответил я, разглядывая пятиэтажку.

Многоквартирный дом, десятки жильцов. Неужели никто ничего не видел и не слышал? По опыту знаю, обычно всегда находится какая-нибудь старушка с бессонницей или подростки, тискающиеся в подъезде. Только вот чаще такие неохотно говорят. Боятся.

Я решил предпринять поквартирный обход – мало ли, вдруг да повезет? Тут взгляд зацепился за белое пятно в окне третьего этажа.

Из-за плотной шторы выглядывал человек, смотрел на меня. Встретив мой взгляд, не отвернулся и не отошел, продолжал глазеть.

– Это кто? – я ткнул пальцем в наблюдателя.

– Альбертыч, – пренебрежительно отмахнулись мужики, уже утратившие ко мне интерес. – Он тут вроде местного сумасшедшего.

Человек продолжал смотреть.

Местный сумасшедший – это хорошо. Это очень хорошо. Такие всегда много знают и много говорят…

Прикинув, где находится квартира безумного Альбертыча, я отправился туда.

Поднявшись на третий этаж по обшарпанному, но чистенькому подъезду, нажал кнопку звонка.

Мне долго не открывали, но я продолжал звонить. Наконец дверь неохотно приотворилась, из-за нее выглянула хмурая женщина средних лет.

– Мне бы Альбертыча, – как можно лучезарнее улыбнулся я.

– Отец болен. Плохо себя чувствует, – отчеканила баба.

Дверь стала закрываться, но тут из квартирных глубин раздался дребезжащий голос:

– Ксюша, пропусти товарища!

Женщина замешкалась, а я осторожно, но решительно потянул дверь на себя:

– Позвольте пройти…

– Что вы делаете? – беспомощно проговорила тетка мне в спину, когда я все же ввинтился в узкий коридорчик и двинулся на старческий голос.

 – Отец в маразме, а вы… чего вы от него хотите?..

– Как всегда распространяешь дезу, доченька, – спокойно возразил из комнаты старик. – А ты входи, входи, боец.