Заветы древних. Воля и разум

Эльфийскую магию, когда она пропадает в поколениях, жаль больше всего. Ее обладатели могли оперировать очень тонкими материями, удерживать в мыслеобразах миллионы деталей и мелочей. Творить поистине великие вещи. Редчайший талант. Хотя если учесть слова моего отца, возможно, женщине очень повезло родиться без магии.

Обменявшись приветствиями, мы прошли в дом. Полуэльфийка оказалось женой законника и носила удивительное имя Кассандра. Почему удивительное? Наверное, потому, что редко встретишь человека с таким именем в наших широтах.

– Вы знаете… – расстроенным голосом начала она. – Дима куда-то вышел.

– Ничего страшного, – сказал председатель. – Мы ненадолго. Дашу только проводили.

– А Василиса разве не останется? – удивилась хозяйка дома.

– Нет, ее пригласила к себе Матрена Ивановна. Поэтому мы не будем вас стеснять и сразу пойдем.

– Ну что вы… – залепетала Кассандра, но была остановлена.

Угадайте, кем? Правильно, бойкой бабушкой.

– Кася, у тебя и так дел хватает, – непонятно на что намекнула она.

Оставив Дашу в новой компании, мы поспешили покинуть дом.

Вышли на улицу и нос к носу столкнулись с законником. То, что это был он, я поняла сразу, полицейская форма выдавала. А вот внешность его мне совсем не понравилась. Низенький, щупленький, одежда висит, как на скелете. Под фуражкой явно лысина. А ведь на вид ему всего лет сорок. Вот не представляется этот индивид мужем такой красотки, как Кассандра. Но любовь, видимо, очень зла.

– Сердце и Вера, – поздоровалась я.

– Разум и Воля, – буркнул он.

Матрена Ивановна, прошептав что-то под нос, тоже поздоровалась с ним. И, резко подгоняя меня в спину, повела вперед по улице.

– Ты, Дмитрий Петрович, извиняй, что так быстро убегаем. Но время позднее, я уже старая стала, а мне еще Василису селить у себя.

Мужчина удивленно поднял глаза, но промолчал.

– Мне вас проводить? – спросил Терентьев.

– Как хочешь, – сказала бабушка, так же бодро подталкивая меня в спину.

– Тогда я домой пойду, отсыпаться, – послышалось от председателя.

Мы быстро удалялись от места неожиданной встречи, даже удивительно, откуда в старушке столько прыти. Пожалуй, с нашей стороны это напоминало бегство.

Минут через пять Матрёна нарушила молчание:

– Не люблю я его. Вот сама понять не могу, но не люблю и все тут. Воротит будто. Даже стоять рядом противно.

Явно о законнике-участковом шла речь.

– Еще с того момента, как Кася за него замуж пошла.