Неподходящий

Ее имя он опять протянул, да с таким явным смакованием, что хотелось спросить, не имел ли он в детстве проблем с буквой «Р». В конце концов Кира просто закатила глаза.

– Тут и без наблюдательности все понятно, – произнесла она сухо.

– Может быть. – Сергей пожал плечами, как бы невзначай и совершенно по-мальчишечьи, вызывая у Киры в голове диссонанс: она сто лет не наблюдала этого жеста у взрослых мужчин. Да и вообще подобной уверенности в себе и в то же время непосредственности. – Ты в любом случае должна быть наблюдательна, – констатировал он все столь же спокойно.

Сжав губы, Кира пыталась подавить улыбку. Она уже не сомневалась, что эти нарочито-помпезные комплименты Сергей выдает намеренно, дабы спровоцировать и раздражить. Как будто ему в принципе нравилась подобная манера общения, где каждое слово содержит двойное дно и рассчитано на ответные ходы собеседника.

– А вдруг я плохой юрист? – предположила Кира, продолжая их разговор в том же ключе, что и прежде.

Была в этом перебрасывании безобидными колкостями своя прелесть, да и польза тоже: не возникало ни неловкости, ни пауз в разговоре.

Взгляд Сергея опять вернулся к Кириному лицу и стал серьезнее. Помолчав с полминуты, как будто и правда рассчитывал вот так, без настоящего знакомства с ее профессиональными навыками, оценить ее юридическую квалификацию, он качнул головой и сказал:

– Уверен, что нет.

– Даже так? – Кира шутливо нахмурилась и посмотрела на Сергея с подозрением: – Как ты мог это определить?

Кошмар… Она флиртовала.

Правда, Сергея, если Киру не обманывали ее же интеллектуальные способности, пока ничего не смущало – напротив, с каждой проведенной за барной стойкой минутой она чувствовала, что интерес с его стороны возрастал. Все-таки любая даже самая неопытная в романтических отношениях женщина способна заметить симпатию к себе.

Сергей, склонившись к Кире чуть ближе – расстояние между их лицами сократилось до неприличного, а колени вообще беспрестанно касались друг друга, – ответил:

– У тебя в глазах – ум.

Кира удивленно моргнула.

Теплое дыхание Сергея осело на ее губах будоражащим нутро облаком, и по телу помчались мурашки, но, кажется, прежде всего – от прозвучавших только что слов.

Кире было приятно. По-настоящему.