Не отдам

Вода хорошо успокаивает.

Лора появилась в коридоре минут через пятнадцать.

Как ни в чем не бывало прошла в гостиную, принялась убирать со стола. О прошлой истерике напоминали лишь красные глаза и чуть припухший нос. Эмиль попытался с ней поговорить, но Лора на контакт не пошла, пока прибирала, почти на него не смотрела. И, наверное, впервые за месяцы их брака Эмиль решил помочь ей с посудой.

Он ждал весь вечер, когда она отойдет окончательно.

Надеялся, что жена как-то даст понять, что уже готова к безоговорочному примирению.

«Дуется», – решил Эмиль.

Под конец вечера и сам надулся – в самом деле, сколько можно обижаться?

Полночи смотрел, как она лежала на самом краешке постели, с головой укрытая одеялом.

Удивительно, но следующее утро началось как обычно. Жена проснулась раньше, даже сделала его любимый завтрак – омлет с ветчиной и сыром.

Эмиль собрался на работу, хотел поцеловать Лору, обсудить планы на вечер. Однако, когда наклонился к ней, чтобы прикоснуться губами к щеке, она вдруг от него отшатнулась.

– Серьезно? Будешь от меня шарахаться? – спросил он строго.

Лора захлопала ресницами, виновато на него посмотрела:

– Извини, как-то само собой вышло… – пробубнила тихо.

Эмиль смерил ее изучающим взглядом.

– Ты до сих пор дуешься? – спросил с прищуром.

– Ну… – Лора замерла с открытым ртом, видно, не зная, что сказать.

– Сегодня вечером, когда вернусь с работы, мы детально все обговорим, – сообщил он ей деловито. – И помиримся.

– Хорошо, – послушно кивнула Лора.

Ему понравилось, как покладисто она себя сегодня вела.

Он почти ей поверил.

Почти.

Но ее ключи на всякий случай забрал с собой.

Глава 10. Беглянка

Едва за мужем захлопнулась входная дверь, у Лоры как по команде выступили на глазах злые слезы.

В ушах так и стоял последний вопрос Эмиля: «Ты до сих пор дуешься?»

Нет, блин, за ночь остыла! Конечно, это же так просто за несколько часов стереть из памяти то, что случилось, а заодно прекратить видеть в Эмиле распоследнего гада.

«Он глупый? Или правда не понимает, что сделал?» – думала она, с остервенением выкидывая на кровать вещи из шкафа.