Дизайнер смерти

Подумайте о судьбе этой достойной женщины. – Он взял многозначительную паузу и добавил: – И о судьбах ее сына и дочери.

Несколько мгновений я пыталась понять, что же услышала. А после, пересиливая боль, вырвала свои руки из пальцев доктора и села, глядя на него с презрением.

Я в очередной раз обманулась в людях, захотела увидеть в ком-то подобие союзника.

Но нет, всего лишь очередной подосланный человек, чтобы сказать мне нужную информацию.

– Милента жива?

– Да, – кивнул старик. – И даже если ваша участь будет трагична, ваша няня может прожить еще долгое время.

– Где они? – сквозь зубы проскрежетала я.

– Насколько знаю – в темницах, – довольно равнодушно посвятил доктор. – Так что все зависит от вас, госпожа. И вашего смирения.

– Смирения?! – повторила я, и от этого слова меня затрясло. – Уходите. Оставьте меня одну.

Ему не нужно было повторять дважды. Дорнан встал и у самых дверей, обернувшись, произнес:

– Подумайте над моими словами.

* * *

В этот раз замок все же закрылся, надежно отсекая меня от призрачной свободы. Я же от злости схватила какую-то статуэтку с тумбочки и швырнула в стену.

Хотелось разбить ее вдребезги, чтобы рассыпалась на миллион частей, но она невредимой отскочила от поверхности, словно мяч.

– Да, правильно, – крикнула я в пустоту. – А то вдруг надумаю перерезать себе вены осколками.

Внутри кипели злоба, ярость и полное бессилие.

Я не знала, что делать. Чувствовала себя бесконечно слабой в этих обстоятельствах, но внутреннее желание не сдаваться не давало покоя.

Смирение? Они хотели видеть меня беспроблемной рабыней на месяц. Чтобы вела себя так, как им нужно.

Ложилась под Ронана, стонала под Ронаном, заглядывала ему в рот, выпрашивая милости.

Наверняка эта схема даже работала все прошлые разы. Ведь несложно заставить молодую девушку прогнуться под обстоятельства, заточив ее родителей, братьев и сестер и шантажируя их жизнями.

Вот только у меня никого не было. Никого, кроме Миленты, заменившей мать.

Я вспомнила день, когда попала к императору в невесты.

Если можно назвать словом «попала» то, как в наш уютный домик на Затурии ворвались люди в форме императорской стражи и вкололи мне снотворное в шею. Проснулась я уже здесь – на столичной планете.