Я на тебе (не) женюсь

– Эва, оставь грустные истории о своей жизни для подружек, – резко оборвал он ее. – Объясни популярно, почему со своей проблемой ты решила обратиться именно ко мне? Отчего ты решила, что я должен непременно раскошелиться?

– Я ведь не прошу многого, только на квартиру помочь, – пробубнила она, громко сглотнув.

«Ох ты ж скромная какая! – взвился он про себя. – Квартиру ей купи, и все… Мелочь какая».

Может быть, его старшие братья, Баграт или Левон, могли себе позволить вот так с лету купить квартиру.

Отец предлагал ему долю в бизнесе или первоначальный капитал, но Артур от всего отказался. Хотел, как Баграт и Левон, попытать счастья своими силами. Еще будучи студентом, впахивал на рекламном поприще. Потом перешел на теплое местечко к брату и тут тоже впахивал. Но заработал пока что только на собственное жилье. Не лучшее, к слову.

Да, у него есть трешка в центре Анапы. Но это вряд ли можно назвать каким-то большим достижением, по крайней мере он так не считал, особенно на фоне успехов старших братьев.

Он планировал поднабраться опыта, потом открыть свое рекламное агентство здесь или со временем в Москве. Но расшвыриваться миллионами вот так, по щелчку пальца, пока и близко себе позволить не мог.

Видно, его возмущение отразилось на лице, потому что очень скоро он услышал от Эвы:

– Я думала, для тебя это мелочи…

– Ничего себе мелочи, – хмыкнул он.

– Так я ведь и не прошу миллионов, – захлопала ресницами она.

«Интересно, эта дева в курсе, сколько стоит купить квартиру?» – задался он вопросом.

Артур, например, был в курсе. Когда выбирал себе квартиру, прошерстил рынок недвижимости.

– С чего ты вообще решила, что я обязан обеспечивать тебя жилплощадью? – задал он вопрос в лоб. – Просто потому, что ты сказала, что беременна? Как я могу быть в этом уверен? Уж прости, но ты не выглядишь как беременная.

– Я правда беременна, – сказала Эва сдавленным голосом. – Срок двенадцать недель, еще не видно…

– И что? – усмехнулся он. – Почему ты так уверена, что претензия по адресу? С чего решила, что ребенок мой?

Эва поморщилась, будто он сказал ей какую-то жуткую гадость.

– Это не претензия, – вдруг заявила она. – И это твой ребенок.

– С чего такая уверенность? – спросил он с прищуром.