Секретарь на метле

 – Много знаешь о садоводстве, Бажена?

– Много… – улыбнулась она.

С детства с мамой возились со всякими цветами да растениями. Это у каждой ведьмы в крови, ведь без нужного зелья никуда. Умела нашептать упрямому цветку, чтобы цвел, а вредному плоду, чтобы рос.

– Больно ты хрупкая… А, ладно. Считай, собеседование прошла, – снова усмехнулся дядя Саша. – Иди в подсобку, переоденься в рабочую форму, а потом перетащи эти сто горшков с декоративными лимонами к воротам, через которые ты проходила, скоро за ними подъедет машина.

– У меня нет рабочей формы, – хмыкнула Бажена.

– Так лежит же в подсобке! – пожал плечами дядя Саша. – Там несколько комплектов, возьми, какой подойдет по размеру, и приступай! У начальства по поводу формы строго: увидят без нее, заругают. Там же найдешь тележку, возле подсобки хранится весь необходимый инвентарь.

Тут Бажены и след простыл. Побежала примерять форму. Ею оказалась просторная зеленая рубашка и штаны. Ткань мягкая, приятная телу, так что ведьма осталась очень довольна.

Она приступила к работе, попутно принюхиваясь и присматриваясь. Таскала тяжелые горшки к воротам, потом неслась обратно за следующими. Затем помогала пересаживать странного вида кактусы, после ей дали задание полить и опрыскать кустарники в сердце теплицы – у самой дальней стены.

Как только Бажена подошла к кустарникам, поняла: здесь она и найдет то, что искала. Щедро прыскала кустарники водой, поливала из лейки, и в самом углу нашла его… вожделенный зеленый куст.

Ведьма склонилась к нему, пошепталась с листьями, пожелала папоротнику долгой жизни, испросила прощения. Иначе никак, иначе папоротник осерчает и откажется быть проводником силы. Лишь после этого оторвала несколько листиков.

Спрятала драгоценную добычу под рубашку и бросилась в подсобку переодеваться.

– Молодец, хорошо поработала, – встретил ее на выходе дядя Саша. – Только форму просто так не кидай, отнеси домой, постираешь… И приходи послезавтра, будет еще работа.

– Ага, хорошо, обязательно! – затараторила Бажена.

Схватила форму и приготовилась удрать, но дядя Саша вдруг схватил ее за плечо:

– Оплата за день, как договаривались.

С этими словами он протянул Бажене триста рублей.

Целых триста рублей за пять часов работы… Ничего себе! Это же прекрасно!

Это ж она на триста рублей ух сколько еды себе купит! Столько, что на столе не поместится, целое пиршество себе устроит.