Две по цене одной

Он старался вобрать в себя детский образ, запомнить каждую ее черточку, каждую особенность. Судорожно пытался увидеть в ней себя, свои черты, но видел лишь Еву – ту девочку, какой она была в их первую встречу. Немного испуганная, с широко распахнутыми глазами и идеально очерченными губами.

Тот образ буквально вытатуирован в его мозгу, никогда Арам его не забудет.

В груди болезненно сдавило, а дыхание сбилось.

«У меня все это время была дочь?!» – проорал про себя.

Только собрался броситься за стойку кондитерской, схватить ребенка, чтобы рассмотреть внимательнее, как Ева вдруг выпалила:

– Надя, быстро иди на кухню.

Девочка поджала губы и юркнула за дверь.

Арам чуть не задохнулся от возмущения, но все же каким-то чудом сдержал эмоции. На время. Он еще покажет бывшей любовнице, где зимуют самые лютые раки. Подумать только, скрыла ребенка.

– Надежда, значит, – прохрипел он все так же глухо.

– Она не твоя! – выпалила Ева и одарила его из-за стойки с пирожными таким обиженным взглядом, будто Арам ей задолжал по гроб жизни.

«Ей ли обижаться?» – злился про себя.

– Чья она? – спросил нарочито деловым тоном, почти не сомневаясь в том, каков будет ответ.

Но Ева удивила:

– Она моя, и нам с ней этого достаточно.

– Это не ответ, Ева.

– Это достаточно хороший ответ, и другого ты не получишь…

– Значит так, – Арам придал своему лицу максимально невозмутимое выражение. – Ты немедленно отвечаешь, кто ее отец, либо я сделаю экспертизу ДНК и узнаю сам.

Ева резко побледнела, и Арам понял: экспертиза не нужна.

«У меня есть дочь…» – это знание укрепилось в нем и будто оглушило, смешало мысли в кучу.

Известие шокировало и радовало. Его первенец… У Арама есть первенец! Только рожден не в браке, как должно было быть, и носил совершенно не его фамилию. Больше того, он даже не знаком с собственным чадом.

– Как ты посмела ее скрыть? – процедил он.

И вдруг услышал от Евы то, чего раньше она не осмелилась бы ему сказать никогда:

– Кто ты мне такой, чтобы я перед тобой ответ держала?

– Я – отец твоего ребенка, – отрезал он. – И по твоей милости я даже не знаком с собственной дочерью…

– Ты не отец! – покачала она головой.

– Будешь отрицать? – спросил он с прищуром.

– Ты просто донор спермы! Каждый из нас последние восемь лет жил своей жизнью, пусть так оно и остается, Арам.