Две по цене одной

А держать такую клятву – выше ее сил. Отец будет давить, заставлять, а она терпеть сколько сможет. А сколько она сможет? Чем закончится эта ночь, она даже боялась предположить.

Отец уже пытался проделать с ней этот финт раньше – заставить ее таким образом никогда не встречаться с любимым, но тогда у Евы было прикрытие. Они с любимым учились в одной школе, поэтому физически не смогла бы сдержать обещание. Это и помогало отвертеться.

Больше никаких прикрытий нет.

Живот скрутило жгутом, сразу же затошнило.

Но был у нее один секрет, о котором отец и не догадывался.

Не впервые он ее запирал. И один раз оставил запертой в доме на два дня, когда укатил на рыбалку с товарищем. То ли забыл, то ли специально так сделал. Но на следующий же день после того как выпустил, Ева вместо школы побежала на рынок и упросила мастера сделать ей дубликат ключа. Тот дубликат до сих пор хранился у нее под матрацем. За ним и побежала.

Схватила сумку, кинула туда пару вещей, документы и всю наличность, какая у нее была.

Дождливая сентябрьская ночь поглотила ее.

Глава 10. К любимому

В нее будто какой-то дух скорости вселился…

Ева никогда так быстро не собиралась и не бегала. Очень боялась, что отец слишком быстро вернется, заметит ее отсутствие, хотя она догадалась запереть за собой, и ринется в погоню. Мысленно уже представляла, как он схватит ее за косу и потащит обратно домой. Будет не только больно, но и стыдно к тому же, если кто увидит.

Соседи и без того стараниями папаши считали ее чуть ли не исчадием ада. Но какое она исчадие ада? В школе старалась быть паинькой, отметки получала хорошие, дома вела себя тише воды, ниже травы, к тому же помогала по хозяйству. Отец за последние два года ни разу к плите не прикоснулся – все Ева готовила и мыла заодно. Разве исчадия ада такие? Зачем он с ней настолько строго? Чем заслужила?

И что… ну вот что ему сделал Арам?

Ева давно поняла: у отца какие-то недомолвки с Барсегяном-старшим, но сын-то его при чем? Зачем лютую ненависть переносить на него и на нее соответственно?

Ева была ему достойной дочерью, а в ответ получала лишь тычки и ругань.

Надоело! Он забыл, что ей уже восемнадцать? Она больше не обязана его слушать, хотя по-прежнему жутко боялась.

Размазывая по щекам жгучие слезы, Ева мчалась по дороге. Уже отбежав от дома на приличное расстояние, с тоской поняла: забыла зонтик.